Стефан откровенно забавлялся, когда предлагал штурмовать дом Сосновских или вызвать князя на дуэль. Я же зацепился за последнюю мысль. Если не получится решить дело миром, то можно и подраться. Даже хотелось вынуть саблю из ножен и хорошенько погонять противника, заодно и самому отвести душу.

В мастерской и по совместительству лаборатории ничего не изменилось. Было все также тихо. Лишь тикали часы. Вот только часов здесь никогда не было.

Мы со Стефаном замерли, прислушались и одновременно бросились к столу. Звук издавал принесенный другом артефакт. Одна из стрелок указывала на знак солнца.

Я покрутил маленький рычаг сбоку, выставил завтрашнюю дату. Стрелка дрогнула и плавно переместилась к символу, обозначавшему снегопад. Минут десять, как ребенок, я менял даты, перебирая дни недели, и каждый раз получал новый результат. Механизм работал. Одним богам известно, насколько его хватит, точен ли прогноз, но это уже была победа.

– Влей побольше магии, – произнес Стефан, – чтобы он и дальше работал. Я разберу его…

– И что? – перебил друга. – Думаешь, внутри спрятана инструкция, которая объяснит принцип его работы?

– Что предлагаешь ты? – Полянский сложил руки на груди. – Ждать, пока он остановится?

– Вызволять Полину. Без нее мы все равно не справимся. Она лишена дара, но видит магические потоки так, как мы их чувствуем.

– Не обобщай. Я теперь теоретик в магии.

– Но в области химии тебе нет равных. Не умаляй свои заслуги.

– Тогда за дело. – Стефан улыбнулся, потер ладони друг о друга. – Напиши родителям своей зазнобы, убеди их отложить свадьбу. Скажи, что их дочь создана для науки, а не для семейной жизни.

– Мне не до шуток!

– Я попробую добиться аудиенции у императора, – продолжил Полянский, будто не слышал меня. – Если государь увидит то же, что и мы, он встанет на нашу сторону. Может быть, даже выделит деньги на покупку новых артефактов или передаст уже имеющиеся для проведения исследований, или организует экспедицию в Пустошь.

– Туда точно не надо, – охладил пыл друга. – Там слишком опасно для неподготовленных людей. Что до родителей Полины… Я даже фамилию ее первый раз от тебя услышал.

Стефан присвистнул. Целую минуту смеялся над моей беспечностью и сетовал на то, что все влюбленные слепы и ничем, кроме объекта своих чувств, не интересуются.

Я не обижался на его шутки. Напротив, был благодарен за своеобразную поддержку. Попытки отвлечь меня удались. Я успокоился настолько, что даже поужинал в компании друга. Думал, что мне кусок в горло не полезет.

Еще полночи мы размышляли, пытаясь составить план действий. Сошлись на том, что шум поднимать не будем, дабы не навредить репутации девушки. Афишировать сделанное открытие тоже не станем. Требовалось время, дополнительные исследования и наблюдения, дабы убедиться в том, что артефакт работает исправно. Даже в гильдии не все поддерживали идею возрождения артефакторики. На помощь коллег рассчитывать не стоило. Как ни крути, без участия императора не обойтись.

Пока же решили отвлечь противника, организовав провокацию. Несколько будто случайно оброненных фраз должны были, по нашей с Полянским задумке, заинтересовать Евсея и его нанимателей. Мне во что бы то ни стало нужно было найти своего врага и передать его в руки правосудия. Не хотелось до конца жизни оглядываться и ждать удара в спину.

Наконец, уставшие, но довольные, ближе к утру мы разошлись по комнатам. Я, вместо того чтобы отправиться спать, открыл дверь в спальню Полины. Дуне запретил сюда заходить и что-либо трогать. Не пройдет и нескольких дней, как хозяйка вернется. Хотелось в это верить, но пока я видел лишь опустевшую комнату, в которой еще витал аромат духов Полины. Из-под книги, оставленной на столе, выглядывал лист бумаги. Я вытянул его. Аккуратным мелким почерком было выведено:

“Говорят, в Императорском саду залили каток. Я хотела бы побывать там вечером, когда зажгутся огни”.

Это точно была ее рука. Полина подписала для меня столько карточек, что ее почерк я не спутал бы ни с чьим другим. Но смысл написанного ускользал от меня. Сад, каток, вечер... И тут меня осенило. Моя осторожная помощница, не имея иной возможности связаться, что назначила мне встречу. Быть может, уже сегодня она найдет повод выбраться из дома Сосновских. А я буду ее ждать.

***

Несколько часов сна не способствовали мыслительной деятельности, но большего позволить я себе не мог. Утром еще до завтрака проверил артефакт. Последний по-прежнему обещал снегопад.

Поднявшись на первый этаж, обнаружил поразительно бодрого Стефана. Он подмигнул мне и произнес:

– Карета подана. Поспешим.

Пришлось обойтись без завтрака. Мы вышли на улицу. Друг пожаловался на погоду и сел в экипаж первым. Я чуть задержался и подозвал Евсея.