Сначала мою темную магию тоже пытались заблокировать. Но проблема в том, что ее невозможно выжечь. А антимагические браслеты на нее не действуют, хотя их пытались на меня цеплять. Но каждый раз магия вырывалась на свободу, сбрасывая ограничители. Тогда встал вопрос, что со мной делать. В Обитель грешников с темной магией не принимают. Тем более, с неуправляемой.

В результате меня отправили в тот же приют, куда отдают детей с впервые выявленной темной силой. Вместе с ними я училась ее контролировать, ну и заодно помогала в приюте, в котором не хватало рабочих рук. На самом деле, обучали там плохо. В основном контролю, чтобы дети не навредили кому-нибудь. В этом вопросе нас жестко натаскивали и проверяли. А те, кому по какой-то причине не удавалось справиться с магией, исчезали из приюта. Нам не говорили, куда. Но мы и так все понимали.

С одной стороны, в этой неожиданно открывавшейся силе были и свои плюсы. Если бы мне полностью выжгли магию, моя жизнь оказалась бы короткой и ужасной. Потеряв магию, драконы быстро стареют и погибают. А с темной вполне можно жить. К тому же Обитель грешников — почти как тюрьма, с холодным климатом и тяжелыми бытовыми условиями. Я была очень рада, что избежала попадания туда.

С другой стороны, положение темных в стране тоже не слишком приятное. Они подлежат обязательной регистрации. Их сторонятся, опасаются, часто ненавидят и очень редко берут на работу. А еще раз в год они должны являться для проверки в соответствующие пункты, расположенные во всех крупных городах и подтверждать, что по-прежнему не опасны.

Проучившись в приюте год, я прошла проверку и получила подтверждающие документы на фамилию — Эйви Марш. Я сама придумала ее, похожую на настоящую. Ведь меня лишили прав на родовое имя, но как-то называться надо. Еще год я проработала в приюте, а потом решила уйти. Мне хотелось найти какое-нибудь место в этом мире, раз уж я осталась жива. И еще было очень тяжело видеть детей, с детства обреченных стать изгоями, хотя они ни в чем не виноваты.

С тех пор я скиталась уже почти месяц, перебиваясь редкими случайными заработками, которых хватает, только чтобы не умереть с голоду. И наконец оказалась в этом трактире. Но не проходит ни дня, чтобы я не проклинала того, кого виню во всех своих несчастьях. Я никогда вживую не видела графа Вудстока и не была при дворе. Мой дебют так и не состоялся. Когда моих родителей казнили, мне едва исполнилось восемнадцать. Но отсутствие визуальной картинки не мешает мне ненавидеть.

К моему столу подходит трактирщица, отвлекая от грустных мыслей. С удивлением замечаю, что женщина принесла не только приятно пахнущий травами чай и пирог с капустой, от вида и запаха которого у меня потекли слюнки. А еще тарелку разваристой перловой каши с маслом. Видимо заметила мой голодный взгляд. Только я собираюсь отказаться, как она грубовато сообщает, что за кашу платить не нужно.

Грустно чувствовать себя такой убогой, что меня жалеют даже трактирщицы, но это не самое страшное, к чему мне пришлось привыкать. Искренне поблагодарив хозяйку, приступаю к еде. И наконец-то за последние пару недель мне удается почувствовать себя сытой. Даже мир вокруг кажется чуть приятнее. А потом в трактир приходит староста. Я сразу же спешу к нему и извинившись за то, что отвлекаю, спрашиваю о работе.

Пожилой мужчина внимательно осматривает меня, еще пристальнее изучает значок темной силы на моем плаще, кривится и отрезает:

— Для тебя работы нет. — Уже собираюсь отойти, зная, что просить бесполезно. Как вдруг он добавляет: — Хотя постой. Есть одна. Может, тебе и подойдет. Все равно больше туда никто не хочет ехать.

— Куда туда? — настораживаюсь я.

— В Проклятый замок, — мрачно отзывается староста.

— Почему проклятый? Что в нем происходит?

— Его хозяева погибли страшной смертью, — хмурится мужчина. — А все, кто туда устраиваются, сбегают через несколько дней и рассказывают всякие ужасы.

Задумываюсь. Проклятый замок — неприятное название. Но ничего путного староста не сказал. Хозяева погибли, кто знает, когда это случилось. Да и про страшную смерть очень неконкретно. А работники как раз все живы, раз сбегают. И опять, непонятно почему. К тому же, не с темной магией бояться проклятий, тут как раз староста прав. Но все же кое-что узнать стоит.

— Какую работу надо делать?

— Разную, — пожимает плечами мужчина. — Там всего пара старых слуг. Давно уже просят прислать кого-нибудь в помощь. А ты что ж, не готова на грязную работенку? Чистую ищешь? Ты, вроде, молодая, могу подсобить, — предлагает мне и так неприятно разглядывает, опуская глаза на грудь под плащем, что сразу становится ясно, какую «чистую» работу он имеет в виду. Нет, такого мне точно не надо.

— Спасибо, замок вполне подходит, — сообщаю твердо. — Как туда добраться?

— Я сообщу о тебе, — теряет ко мне интерес староста. — Завтра утром к трактиру подъедет слуга из замка. Он тебя отвезет.