Мы открыли небольшой рынок у порта. Я снизила пошлины для тех, кто привозил на остров строительные материалы и еду. Купцы быстро поняли выгоду. Местные жители начали возвращаться: кто-то из соседних островов, кто-то из материковых городов, куда уехал в поисках лучшей жизни.

Старые дома заселялись.На склонах снова появились огороды. У моря начали чинить рыбачьи лодки.

В поместье открыли мастерские: ткацкую, столярную, камнерезную. Дорн обучал трех молодых парней работе с лунными алмазами.

- Камень не режут силой, - повторял он. - Его слушают. Кто не умеет слушать, тот пусть идет рубить дрова.

- А если камень молчит?

Дорн ответил:

- Значит, ты ему не нравишься.

Я начала проводить приемы для жителей каждую четвертую утреннюю смену. Не потому, что хотела изображать правительницу. Потому что люди приходили. С просьбами. С жалобами. С благодарностями. С семенами цветов. С хлебом. С маленькими подарками для «нашей принцессы».

Одна старушка принесла мне вязаную шаль.

- Чтобы не мерзли, деточка. На утесе ветра злые.

Я взяла шаль обеими руками и поблагодарила так серьезно, что она прослезилась.

Мила потом сказала:

- Вы понимаете, что теперь половина острова начнет вам что-нибудь вязать?

- Значит, зимой мы будем готовы к диким морозам.

В тот же вечер в саду посадили первые новые цветы. Я решила, что Ольцегу нужны не только стены и дороги. Ему нужна красота. Живая, простая, доступная всем.

Мы с Агатой, Милой, девочками и несколькими местными женщинами вышли в сад после обеда. Земля была влажной, мягкой. Дом будто заранее подготовил клумбы вдоль главной дорожки.

Вейла держала корзину с луковицами.

Ниоль пыталась посадить сразу три цветка в одну ямку.

- Им будет веселее, - объяснила она.

Агата рассмеялась.

Я опустилась на колени и взяла маленький росток с серебристыми листьями. Как только мои пальцы коснулись земли, по саду прошел мягкий свет. Цветок распустился сразу. Потом второй. Третий. Женщины ахнули. Вейла захлопала в ладоши.

- Принцесса сажает луну!

Я рассмеялась.

Но внутри почему-то защемило сердце.

Так же я вас приглашаю познакомиться с еще одной моей бесплатной книгой, где вас ждет не менее сильная, жестокая властная и красивая героиня

https:// /shrt/mvTM

К концу месяца Ольцег уже нельзя было назвать мертвым островом. Он был еще ранен. Но жил. В порт заходили корабли. На рынке звучали голоса на разных языках. Рыбаки возвращались в море. Вечерами в домах зажигались окна.

На главной площади у бухты Марен предложил поставить лунный фонарь - высокий столб с серебряной чашей наверху. Когда я коснулась его в день установки, свет вспыхнул сам. Мягкий, теплый, не режущий глаза.

Люди зааплодировали. Я стояла на ступенях перед старым зданием ратуши и чувствовала, как сотни взглядов смотрят на меня.

Не с презрением. Не с жалостью. Не как на пустышку. С надеждой. Это оказалось тяжелее любого оскорбления. Потому что надежду нельзя было предать.

После церемонии ко мне подошел мальчик лет десяти - тот самый, что в первый день стоял на причале со стариком.

- Госпожа принцесса…

- Леди Ольцега, - автоматически поправила я.

Он смутился.

- Леди Ольцега. Мама сказала спросить, будет ли школа.

Я моргнула.

- Школа?

- Ну… если остров теперь живой. Детям надо учиться.

Я посмотрела на него. Потом на Вейлу, которая стояла рядом с Милой и пыталась объяснить Ниоль, почему нельзя кормить Сэра пирогом через силу. Школа. Конечно. Почему я не подумала раньше?

На следующий день я распорядилась выделить старый дом возле площади под учебную комнату. Библиотека поместья дала первые книги - не древние, опасные, а обычные: грамота, счет, история, травы, мореходство.

Учительницу нашли среди ткачих. Ее звали Лина, и она когда-то учила детей в материковом городке.

Когда я предложила ей место, она расплакалась прямо в ткацкой.

- Я думала, больше никогда не буду учить.

- Значит, дом тоже ждал вас, - сказала я.

Школа открылась через неделю. Детей пришло больше, чем ожидали. Вейла села за первую парту. Ниоль была еще мала, но заявила, что тоже будет учиться, потому что «буквы красивые».

Сар пробрался в школу в первый же день и устроился на шкафу.

- Я буду инспектировать качество образования.

Лина посмотрела на него поверх очков.

- Будешь мешать - посажу писать буквы лапой.

Сар ушел. Я решила, что Лина мне нравится.

Торговля тем временем росла. Лунные алмазы стали легендой быстрее, чем я успела подготовиться. Мы продавали мало, осторожно, только через договоры и только проверенным купцам. Но даже малая партия привлекала внимание.