– Да что “Костян”?! – рявкнув, со шлепком откладываю журнал обратно на полку. – Вы все на своих местах, если что! Ну, давайте я, правда, до пенсии буду в капитанах ходить? Что уж? Кому еще у нас майорские звезды нужнее? – щелкаю пальцами, будто вспоминая. – А, Малахову, точно!

– Костян, да что ты взбеленился? Малахов теперь тебе как красная тряпка будет из-за Варвары?

Друзья непонимающе смотрят на меня, а я чувствую, что мое сердце стучит как после марш-броска.

– Да при чем здесь Варя? – усмехаюсь и направляюсь к выходу. – И Малахов ваш… Накипело просто…

Только выхожу из нашей комнаты, в противоположном конце коридора слышу грохот и крик Вари.

Бегу.

– Помогите! – слышится ее голос.

Завернув в кабинет, бросаюсь к стремянке, которая сложилась прямо под Варей и девчонка, вцепившись в антресоли шкафа, стоит на ней, боясь пошевелиться. Рядом валяется та самая здоровая коробка с документами, что я вчера ей помогал вытащить. Бумажки из папок с делами разлетелись по полу.

– Тише, не дергайся, я тебя держу. Спускайся. – успокаиваю Варю, расправляя под ее ногами стремянку и придерживая ее ладонью под ягодицы. Задница, кстати, ничего такая на ощупь! Хочется сжимать и разжимать пальцы, как будто сминаешь антистресс.

– Мне страшно, – выдыхает она дрожащим голосом, и я действительно чувствую дрожь в ее теле.

– Я тебя страхую. Нужно сделать всего пять шагов – и ты внизу. Давай, – уговариваю.

– Подожди, она трясется, – вцепившись в ручку стремянки, Варя замирает, так и не сделав ни одного шага.

– Варь, – усмехаюсь.

– Подожди! – рычит она.

И я понимаю, что она боится, но…

– М-м-м, какая у тебя фатима! – сжимаю пальцы.

Варя пулей слетает со стремянки, забыв о своих страхах.

– Вот видишь, совсем не страшно, – усмехаюсь, закатив глаза, а в следующую секунду получаю звонкую оплеуху. Голова дергается от неожиданности. По телу прокатывается волна адреналина. Зыркаю на красное лицо Вари, вглядываясь в ее глаза. Кажется, в них сейчас сверкают молнии, зато нет ни намека на истерику.

Собираюсь возмутиться, но меня прерывает удивленный свист. Оборачиваемся с Варей одновременно.

В дверях стоят майор Пустоцветов и канцеляр. Видимо, тоже поспешили на крики. Интересно, с какого момента они наблюдают за операцией по спасению делопроизводителя?

– Капитан, ты охуел? – с восторгом смотрит на меня Пустоцветов.

Ага, ну, теперь понятно, с какого. Пиздец я везучий.

– Никак нет, товарищ майор, это был отвлекающий маневр, – вздыхаю.

– Тебе за этот маневр Анатолий Михайлович голову снесет, – усмехается он, скрестив руки на груди.

– Ну, это смотря, как ему преподнесут свидетели, – пристально смотрю на него.

– Константин, – севшим голосом вклинивается в разговор Варвара, и я переключаю внимание на нее, все еще с пылающими румянцем щеками, но уже без тех воинственных искр в глазах, что я видел парой секунд ранее. – Спасибо.

Мои брови непроизвольно взлетают вверх.

– Да не за что, – растерянно пожимаю плечами. – Ты в следующий раз зови кого-нибудь, сама не залезай... У нас, вон, товарищ майор никогда не откажет красивой женщине, – поднимаю коробку из-под документов и, обернувшись, с усмешкой пихаю ее опешившему Пустоцветову в руки, а сам выхожу из кабинета, едва сдерживая рвущийся наружу смех.

Лёнька – нормальный мужик, крысить не привык. Но, и лишнюю нагрузку на себя брать тоже. Поэтому, раз уж он решил попугать меня, пусть теперь выходит из зоны комфорта и сам помогает даме в беде.

Меня интересует другой вопрос: Варя правда осознала, что я не специально ее лапал, или просто решила так отблагодарить за спасение? Лишь бы отцу ничего не ляпнула восторженного, а то вдруг он решит вернуть меня обратно в помощники.

– И чё мы сидим? – возмущаюсь, заглядывая в комнату отдыха и весело глядя на друзей. – Пошли на рукопашку.

Выпустив пар, идем сначала на обед, потом снова на ринг, а потом на занятия к психологу. Это – обязательная часть нашей работы. Мы пару раз в неделю занимаемся в группе и раз в месяц или по необходимости индивидуально.

Ольга Васильевна ждет нас, сидя за столом и попивая чай. В воздухе витает аромат ромашки и мяты.

Ольге Васильевне сорок пять, но выглядит она гораздо моложе своих лет: маленькая, миниатюрная, с короткой стрижкой под мальчика и огромными инопланетными глазами. А еще спокойная как удав и при этом умеющая делать больно большим дяденькам. Словами. Не со зла, конечно же. Для пользы.