– Нет, Костя, мы же договаривались, – возмущается она и тут же испуганно ахает, потому что я опрокидываю её на спину, нависая сверху.

– Я помню, – опускаюсь на локти, устраиваясь между её бёдер, и серьёзно смотрю в широко распахнутые глаза. – До свадьбы никакого секса. Но, есть же и альтернативные варианты.

– Нет, – рвано выдыхает Варя.

– Почему? – терпеливо поглаживаю её по волосам, не торопясь продолжать, хотя терпение, надо сказать, на нуле.

– Ты не поймёшь, – стонет Варя, отворачиваясь, но я тут же перехватываю это движение и поворачиваю её голову обратно.

– Говори, – требую.

– Костя, – возмущённо смотрит она на меня, повышая голос, а я замечаю, что её губы дрожат. – Если ты меня видел до аварии, неужели не понимаешь, что я, как минимум, комплексую из-за лишнего веса?! Меня такой ещё никто не видел!

– Отлично, обожаю быть первым, – усмехаюсь и склоняюсь к её груди, наконец-то целуя манящую ложбинку. – Снимай майку.

– Костя! – рычит Варя, упираясь мне в плечи. – Я не хочу, чтобы ты видел меня такой!

Вздохнув, снова смотрю на неё.

– Ладно, я всё понимаю, – выпрямляюсь на руках и поднимаюсь с кровати.

– Серьёзно? – неверяще смотрит на меня Варя.

– Конечно, – усмехаюсь и, наклонившись, задуваю свечи, погружая комнату в абсолютную темноту.

– Костя-я!.. – стонет Варя обречённо. – Ты вообще не понимаешь слова “нет”?

– Что это за слово такое странное? – хмыкаю, забираясь обратно на кровать и падая рядом с Варей.

Спустя несколько секунд глаза привыкают к мраку. Положив руку ей на живот, разглядываю мягкие очертания лица.

– Ты очень красивая, Варь, – медленно веду пальцами вверх, к пышной груди. – Я, конечно, не гарантирую тебе долго и счастливо хотя бы потому, что не всегда знаю, что ждёт меня завтра, но ты нужна мне не просто, чтобы потрахаться. Для этого дела можно было любую в клубе подцепить. Ты мне нравишься. – склоняюсь к её губам и касаюсь их лёгкими поцелуями. – Очень. Вот такая, какая есть.

– Это просто ты меня голой не видел, – бухтит она сердито, но я не чувствую ни капли сопротивления.

– Это проёб с моей стороны, согласен, – усмехаюсь и целую её глубже.

Обхватив ладонью за поясницу, тяну Варю на себя. Усаживаю сверху к себе на живот и в тусклом свете от окна любусь её рассыпавшимися по плечам волосами.

– Последний раз говорю: снимай этот свой экзокостюм, иначе я его порву, – хмурюсь и с трудом поддеваю майку пальцами. – Перетянула там себе всё уже, наверное.

Тяжело дыша и извиваясь на мне от прикладываемых усилий, Варя наконец стягивает майку. Замерев, наблюдаю, как из-под неё появляются аппетитные формы шикарной фигуры – мягкий животик и тяжёлая, пышная грудь. Варя откидывает майку в сторону и сидит неподвижно, позволяя разглядывать себя. Даже в темноте вижу как напряжено её тело, будто она ждёт приговора.

Медленно провожу ладонями по упругим бокам, чувствуя под пальцами тёплую, невероятно нежную кожу. – Видишь? Я же говорил. Совершенство, – мои руки скользят выше, останавливаясь на рёбрах. Под правой ладонью слышится частое, прерывистое биение сердца.

Скольжу пальцами по ореолам, отчего они покрываются мурашками, а соски твердеют. Обвожу их, сжимаю медленно, выбивая из груди Вари рваный выдох.

На секунду забывшись, она откидывает голову назад, закрывая глаза, но потом будто вспоминает что-то и снова напрягается.

– Кто-то строит из себя скромную девочку, – усмехаюсь, сокращаясь в прессе и резко садясь. – А у сама огонь, да?

Варя лишь молча усмехается в ответ.

Обхватив её за спину, вжимаю грудью в себя и толкаюсь снизу бёдрами, давая понять, что я уже готов к подвигам. Она ахает, закатывая глаза, даже от такого почти невинного жеста. Ловлю губами горячий выдох.

– Боюсь, до свадьбы не дотерпим, Варь, – усмехаюсь, стягивая с неё штаны.

– У меня давно не было, – шепчет она, помогая мне и будто заранее за что-то извиняясь.

– Значит, будем нагонять упущенное, – еложу, стаскивая штаны с себя.

Остаёмся в одних трусах. Прижимаю Варю крепче и ловлю себя на мыслях, что тискать её, пышную и высокую, мне куда приятнее и удобнее, чем искать под собой миниатюрную партнершу.

Отвлекаюсь всего на секунду, а затем забываю обо всём на свете, почувствовав на шее призывный укус.