Однажды соседка подарила мне на день рождения… горшок для кактусов (подозреваю, что она просто хотела его выбросить, но избавилась от него в мою сторону). Я приняла его с недоумением. Не люблю комнатные растения, а уж кактусы тем более. Но задалась вдруг вопросом: а можно ли заставить себя полюбить? Даже сняла видео на эту тему.
В итоге, купила землю для комнатных растений, приобрела кактусы и посадила их в горшок.
Ежедневно поливала и рассматривала, как эти странные и не самые красивые на свете растения идут в рост, а потом и цветут в конце концов…
И знаете… я привязалась к ним. Ежедневное наблюдение за кактусами помогло мне увидеть в них некоторую красоту, уникальную, ни на что не похожую, своеобразную… А когда они зацвели, я улыбалась…
Мой эксперимент закончился успехом.
Оказывается, ты сам строитель даже своих собственных вкусов и предпочтений! Можешь полюбить то, что не любишь, можешь найти красоту в том, что всегда считал неприятным…
Поэтому никакой хандры и печали о прошлом у меня так и не случилось.
Этот мир, этот муж, эти дикие дети — мои странные кактусы, за которыми я буду внимательно наблюдать. Вряд ли полюблю — не та ситуация, но терять из-за них покой не стану. Более того, попытаюсь изменить хоть что-то, а вдруг… кому-то это послужит на пользу, тому же Никите, например. Ребенок ведь не виноват, что родился в такой ненормальной семье…
Однако рыжая — это не «кактус» вовсе. Это вредитель, гусеница, которая нагло жрет мой цветок! Таких собирают и выбрасывают прочь…
Родители Марты заявились неожиданно. По крайней мере, для меня. Об этом снова сообщила Эльза Васильевна, спасибо ей. Прибежала, взволнованно шепча о том, что меня вот-вот позовут вниз, потому что прибыли мать, отец и моя младшая сестра Арина.
Младшая сестра! Не та ли, на которой хотел жениться Алексей Яковлевич?
Благодаря тому, что няня меня предупредила, я смогла тщательно привести себя в порядок и настроиться на встречу. Хоть посмотрю в глаза тому человеку, который отдал свою дочь на растерзание высокомерному графу…
Звать меня пришла… Авдотья. Смотрела она злорадно, словно предвкушала неприятности, которые обрушатся мне на голову. Я прищурилась. Что-то намечается? Она о чем-то знает?
Убедиться в правильности этих выводов пришлось сразу же, как я переступила порог малой гостиной.
Алексей Яковлевич еще отсутствовал. За длинным обеденным столом, застеленным белоснежной скатертью, сидели трое — высокий крепкий мужчина с лысиной и кудрявыми седыми бакенбардами, полная и ярко разодетая женщина с большими глазами и полными губами, а также… весьма миловидная и очень похожая на мать… девушка, которая в нашем мире могла бы легко стать актрисой. Да, это была Арина, и она — красавица…
Не то, чтобы меня это задело: я комплексами неполноценности по поводу внешности не страдала. Но мне стало обидно за Марту. Ведь собственный муж считает её уродиной и втайне мечтает жениться на этой красотке…
При моем появлении женщина поджала губы, Арина широко распахнула глаза и изобразила радость. А вот отец Марты резко поднялся и широким шагом направился ко мне.
Он выглядел весьма обозленным и тяжело дышал. Я приготовилась выдержать словесную перепалку, но этот боров взмахнул рукой и опустил мне на щеку тяжелую оплеуху.
Боль пронзила ужасная. Я непроизвольно вскрикнула и схватилась за пострадавшее место, уставившись на старого идиота шокированным взглядом.
— Я тебя предупреждал, Марта, — прошипел Михаил Всеволодович яростно, — предупреждал, чтобы ты была покорной и служила мужу от всего сердца! И что я слышу? Муж презирает тебя, едва ли не развестись готов! Вот так ты отвечаешь нам с матерью за всё то добро, которые мы для тебя сделали??? Родили, вырастили, выкормили…
Его голос набирал всё больше силы, а я слушала этого очередного сумасшедшего с оторопью.
Они все здесь такие? Или всё-таки это некое подобие ада с демонами во плоти? Но нет, в аду не будет даже лучика света, а здесь что-то хорошее и доброе всё же есть…
Возмущенно фыркнув, я сузила глаза и подалась вперед.
— Послушайте, неуважаемый! — прошипела в лицо мужчине. — Еще раз поднимете на меня руку, я за себя не ручаюсь…
— Ах ты ж дрянь! — воскликнул Михаил Всеволодович и снова замахнулся.
Я клацнула зубами и с огромным удовольствием… опустила свой каблук на ногу аристократа.
Тот замер, вытаращив на меня свои темные глаза, а после взвыл, как укушенная шавка.
Мать Марты вскочила и едва не опрокинула стул, Арина всплеснула руками, но в этот момент в гостиную вошел Алексей Яковлевич, и побагровевшее лицо Михаила Всеволодовича сразу же стало благодушным.
Точнее, он попытался стать таковым и, припадая на ногу, поплёлся обратно к столу.
Ага, значит папаша боится упасть лицом в грязь перед этим графским петухом?