— Ты только послушай себя, Эвер, — хмыкнул он. — Ты женщина с титулом, возможностями и правом решать за себя. Сама подумай: многих ли ты знаешь, кто имеет такие же привилегии?

— Нет… вообще никого не знаю.

— О том я и толкую: чтобы ты осталась моей женой, мне придется соответствовать единственной женщине во всей столице, способной без последствий послать меня в зад.

Не сдержала улыбки.

Винтер явно утрировал. Подача была определенно веселой, хоть, стоило признать, суть была правдивой. Сейчас все, что было и будет между нами, зависело только от нас самих, от того, как мы сможем гасить огни конфликтов, как справимся с трудностями и будем ли способны на компромисс.

— Ты сейчас очень красивая, — признался, смущенно моргнув. — Эвер…

— Не нужно, — оборвала я, нутром ощутив, о чем он хочет сказать. — Не оправдывайся. Я с малых лет видела, как девочки, девушки, а после и женщины вились вокруг тебя роем. Сложно устоять, я понимаю.

— Я устою без труда.

— А я не про тебя, я про них, — улыбнулась, тут же запив сожаление глотком вина. — Ты всегда будешь окружен женским вниманием. Мне нужно это просто принять.

— Никогда, — процедил он, заставив отдать себе все внимание. — Не сомневайся во мне. Можешь испытывать сомнения насчет чего угодно, любой юбки, косого взгляда и прочего. Но никогда не сомневайся в моей верности, Эвер. Сама подумай: мы все еще не исполнили супружеский долг, а я еще задолго до дня свадьбы принял это решение.

— Быть верным жене? — усмехнулась я.

— Быть верным тебе, — Винтер протянул ладонь, поймав мои пальцы и обжигая своим теплом. — Я решил так… в день помолвки. Сперва, конечно же, из принципа — жуть как хотелось…

— Что?!

— Испытать тебя, — признался он, улыбнувшись. — Тогда я основывался на этом — и на собственных убеждениях о верности и чести. Но сейчас мои побуждения несколько изменились.

Не зная, что сказать, я закусила щеку изнутри, даже не пытаясь скрыть своего волнения.

— Не спросишь? — по-доброму издевался он. — Так и быть, скажу сам. Я хочу быть с тобой, Эвер, со своей женой, которую я пусть не сам выбрал в день свадьбы, но выбираю сейчас на все дни брака. Я хочу, чтобы ты знала: наследство лорда Холлвей действительно многое изменило, ты могла уйти и можешь уйти в любой момент, но… я хочу, чтобы ты осталась. Со мной.

— Ты звучишь ужасно убедительно, — призналась я, чувствуя, как покалывает в носу.

— Я стараюсь. Это в моих интересах! Я не хочу тебя терять, Эвер. Знаю, что тяжело, но попробуй мне поверить, даже если на это потребуется вся наша жизнь. А теперь, пожалуйста, иди ко мне, я ужасно соскучился…

Он практически не тянул меня к себе, я сама сорвалась вперед, за мгновения оказываясь сидящей на коленях мужа и обнимающей его широкие и крепкие плечи.

Священный Трой! Как же он пахнет!

Пороком, моим кошмаром, самым сладким туманом, в котором я заплутаю навеки…

Боги, неужели я влюбилась?..

— Черт, Эвер, — рыкнул он, ощутив, с каким трепетом, я прильнула к мужской груди, тут же собирая мои влажные волосы ладонью и смахивая их за плечо. — Я терпеливый, но не железный…

— А если?..

— Хватит смелости? — спросил, правильно расценив мой едва слышный вопрос. — Я не давлю. Когда будешь готова…

— Немного...

Лицо Винтера осветила искренняя улыбка, в которой скрывалась радость и что-то похожее на заботу. Он явно был рад моей смятой инициативе, но отчего-то не спешил с ней соглашаться.

— Уверена, что я смогу остановиться?

— Я могу рискнуть.

— Не сомневаюсь, — кивнул он, подхватывая пальцами мой подбородок, отчего наши лица сблизились, заставляя расфокусировать взгляд. — Только куда важнее то, чтобы ты хотела рискнуть.

— Я хочу… — выдохнула и сама затаила дыхание, замирая в ожидании мужской реакции.

Даррен явно размышлял над моими словами. Ставшие тягучими и медленными секунды сводили с ума, дав мне возможность испугаться, передумать и вновь набраться храбрости, возвращаясь на исходную.

— Без спешки, леди Винтер, — наконец ответил он, опуская пальцы второй руки на мое колено.

Чувственно ударив своим напряжением, они тут же скользнули ниже, подхватывая и поднимая мои согнутые ноги вверх, вынуждая оторвать ступни от пола. Оказавшись полностью сидящей на коленях Винтера, я только судорожно втянула воздух, чувствуя, как подушечки пальцев скользнули по коже, окончательно сдвигая край задравшейся юбки.

Но Винтер не спешил. Ужасающе не торопился!