— В спальне? — он иронично выгнул бровь. — Вместе с памятью ты потеряла манеры?

— Возможно, — мягко улыбнулась я и сделала шаг навстречу Андиану.

Внезапно ощутив себя кошкой, которая играет с сытым тигром, поняла, что страх отступил. Опасность только поддразнивала меня, перцем разливаясь в крови. Я неторопливо приблизилась к мужчине, отмечая, как дёрнулся кадык на его шее, как сузились глаза, но резко остановилась на расстоянии вытянутой руки.

— Простите, что вошла без спроса, больше подобного не повторится, — стыдливо опустив взгляд, сделала книксен и снова посмотрела в лицо Андиана. — Но мне нужно точно знать, когда я могу покидать свою комнату, чтобы не ставить вас в неловкое положение. Может, вы составите расписание?

Бывший муж недоумённо нахмурился и уточнил:

— Что ты имеешь в виду? Какое расписание? Ничего не понимаю.

Я невинно хлопнула ресницами и с улыбкой сообщила:

— Дайна попросила не тревожить вас своим присутствием без особой надобности, а лучше всё время проводить в своей комнате. Я могу кушать у себя, как принято в этом доме, но иногда всё же придётся выходить! Поэтому…

— Дайна попросила? — сухо перебил он.

— Моя дорогая мачеха искренне заботится о вас, — продолжала как можно мягче. — Поверьте, что я выполню все ваши требования в благодарность за вашу заботу о бедной сироте. Скажите, пожалуйста, какие должны быть рукава у платья? Могу ли я открыть локти? Хотя бы вот так…

Коснулась его предплечья, и Андиан вздрогнул. Делая вид, что ничего не заметила, я опустила руки, приподняла подол платья и чуть-чуть оголила щиколотку:

— Длина моей юбки достаточно приличная?

Андиан опустил взгляд на мою ножку, а потом резко отвернулся и торопливо направился к окну:

— Здесь душно, — распахнул его и обернулся ко мне. — Не знаю, что нашло на Дайну, Мы не ставили дочерям никаких условий. Ты можешь ужинать в столовой или у себя. Как захочешь. Меня твоё присутствие в доме совершенно не смущает. А вот в мою спальню попрошу больше не заходить!

Я снова присела в книксене:

— Простите, господин Седри. — Выпрямившись, посмотрела в глаза мужчине: — Я твёрдо запомню это и никогда больше не переступлю порога этой комнаты.

— Прозвучало, будто клятва на крови, — нервно усмехнулся Андиан.

«Так и есть, — ответив ничего не значащей улыбкой, подумала я. — На крови твоей любовницы!»

Выходила из супружеской спальни с чувством победителя. Во-первых, я точно знала, что падчерица госпожи Ноар показалась Андиану весьма привлекательной. Дайна не зря позеленела от ревности! Вряд ли я воспользуюсь слабостью мужчины, как она, потому что одна мысль об отношениях с предателем вызывала тошноту.

«Даже во имя мести не стану соблазнять дракона!»

Во-вторых, я отвоевала себе свободу передвижения и поставила Дайну в крайне неловкое положение. Ноар придётся объяснять Андиану, почему она так строга с падчерицей, в то время как его дочерям позволяла всё. В-третьих, я забрала маглоб бывшего мужа. Сунув руку в карман, я осторожно вынула стеклянный шарик и улыбнулась:

«Теперь тайное станет явным».

Очень хотелось вернуться к себе и узнать, когда же начались отношения Ноар и моего мужа, но вдруг столкнулась со своей старшей дочерью. В прямом смысле столкнулась — Мирини налетела на меня, едва не сбив с ног.

— Ай! — отшатнувшись, вскрикнула она.

Я сумела устоять и даже удержать маглоб, а вот дочь свой выронила, и тот разбился, разлетевшись на мелкие осколки. Мирини замерла, глядя на них, и лицо моей девочки исказилось от бешенства.

— Серьёзно⁈ — Мирини шагнула ко мне и попыталась выхватить маглоб моего мужа: — А ну дай сюда.

Я отвела руку:

— Он мой.

«Поймёт, что лгу, как только коснётся».

— Был твой, станет мой! — она предприняла ещё одну попытку отнять артефакт. — Нечего было чужой ломать!

— Это ты на меня налетела, — рассудительно возразила я и спрятала шарик в карман. — Надо смотреть вперёд, а не пялиться на ходу в маглоб.

— Учту, «мамочка», — криво ухмыльнулась она, и я невольно вздрогнула, прикусив язык. Я действительно заговорила, как Эленари. Мирини внимательно осмотрела меня с головы до ног и саркастично выгнула бровь. — Вижу, вкус у отца всё хуже и хуже.

— На что намекаешь? — удивилась я и на миг обернулась, глянув на дверь в спальню Андиана. Может, дочь видела, как я оттуда выхожу? — Погоди, ты не так поняла. Я всё объясню…

— Да мне плевать, — перебила Мирини и указала на осколки. — Приберись здесь!

— Я не служанка, а падчерица госпожи Ноар, — осторожно сообщила ей и неторопливо направилась к своей комнате, как вдруг дочь схватила меня за волосы. Вскрикнула: — Эй! Что творишь? Больно!

Дочь дёрнула меня, притягивая к себе, и прошипела на ухо: