— Когда адепты слишком волнуются на экзамене, — успокаивающе начал он и поднял другую руку, развернув ладонью вверх на уровне груди, — я говорю им сделать так.

Медленно выдохнул, поворачивая ладонь вниз и одновременно опуская руку на уровень живота. Вроде ничего особенного, а вдруг захотелось сделать так же. Высвободившись, я старательно повторила за Фирраном все движения, ощущая, как внутри меня всё меняется.

Магические потоки стали прохладными, как летний дождь, и, омывая изнутри, унесли излишнее волнение. Осталась лишь лёгкая тревога, но с ней было легко справиться. Я села с прямой спиной и растерянно заморгала.

— Что такое? — заинтересовался магистр.

— Невероятно! — прошептала, с восторгом глядя на мужчину. — А я не понимала, когда муж говорил, что я волнуюсь об экзаменах детей больше них самих! Оказалось, это правда. Но не пойму, как это работает?

— При необходимости любые чувства можно приглушить, — назидательно проговорил Фирран. — Но стоит помнить о равновесии и запланировать день, когда вы их полностью прочувствуете, чтобы отложенные эмоции не вырвались из-под контроля в самый неожиданный момент…

Он оборвал себя на полуслове и виновато улыбнулся:

— Простите, Нари. Я преподаватель, и это порой кажется проклятием.

— Всё хорошо, — мягко ответила я. — Перед вами молодая девушка, нетрудно поддаться желанию…

Теперь осеклась уже я, осознав, как двусмысленно прозвучали слова. Улыбка магистра растаяла, и даже показалось, что его глаза потемнели. Я поспешно поправилась, невольно повысив тон:

— Нетрудно поддаться желанию научить меня уму-разуму! — а потом отвернулась, глядя на ворота. — Почему никто не торопится открывать? Чем заняты слуги?

И тут раздался щелчок, но открылись не ворота, а калитка. У меня от удивления брови на лоб поползли. Андиан никогда не держал гостей за воротами. Наша конюшня достаточно просторная, чтобы разместить шесть больших экипажей.

— Похоже, нам придётся пройтись пешком, — подытожил магистр и постучал в стенку.

Возница поспешил спуститься и открыть дверцу. Фирран вышел первым и подал мне руку. Придерживая подол платья, я оперлась на ладонь мужчины и осторожно спустилась. Чужое тело было сродни новому наряду неудобного фасона или не разношенной обуви.

Вроде всё то же самое, как было у меня: две руки, две ноги, голова на плечах. Но в то же время было как-то странно и неловко. Это чувствовалось в каждом движении и даже в дыхании. Направляясь к калитке, я шепнула магистру:

— Ощущение, будто мои привычки борются с чужими. Это тело привыкло ходить иначе, и моя походка ему не комфортна.

— Так и должно быть, — почти неслышно губами успокоил Фирран и дёрнул уголком губ. — И это нам на руку. Так будет сложнее выдать себя, На…

Недовольно цыкнул и, остановившись, жестом пригласил меня идти первой:

— Сирини, прошу вас!

— Благодарю, магистр, — присела в таком изящном книксене, какой у меня никогда не получался. — Но это чужой дом, и по правилам хорошего тона незамужняя девушка должна следовать за сопровождающим её мужчиной.

Фирран довольно кивнул и первым направился к дому, у которого нас уже ждали. Слуги вышли в полном составе и встали в шеренгу, и только потом затем показалась госпожа Ноар. Даже отсюда был виден сверкающий бриллиант на её руке.

Сразу стало понятно, почему ворота так и не открыли. Новая хозяйка дома и сердца моего бывшего мужа желала покрасоваться, а для этого устроила представление для нежданных гостей.

Женщина прошлась мимо строя слуг так, будто направлялась не по лужайке к воротам, а по алому ковру к подножию королевского трона. В пышном изумрудном платье, более уместном для бала, с уложенными в сложную причёску золотистыми волосами и с выражением невыносимой скуки на красивом лице.

Но стоило Дайне, наконец, посмотреть на гостей, как она полностью преобразилась и прибавила шаг.

— Магистр? — взволнованно воскликнула госпожа Ноар. — Как радостно видеть вас! Жаль, что вы не предупредили о своём визите, я бы приказала открыть ворота.

— Благодарю госпожа, — ответил Фирран таким жёстким тоном, что я невольно вздрогнула. В голосе магистра было столько стали, что я бы на месте Дайны не стала так откровенно жеманничать. — Мне нечасто доводится ходить пешком, поэтому я рад даже малейшей прогулке.

— Конечно, я понимаю. Вы так заняты! Может, желаете продлить прогулку? Я покажу вам наш прекрасный сад.

«Она действительно не понимает? — стараясь держаться за магистром, я искренне недоумевала поведению бывшей подруги. — Или бесстыдно кокетничает с другим мужчиной в доме жениха?»

— Мне придётся отклонить ваше любезное предложение, госпожа, — в голосе магистра мелькнули предупреждающие нотки, но Дайна и ухом не повела.

«Может, я отличаю оттенки его тона, потому что знаю, как мягко Фирран умеет говорить?» — подумалось мне.