Я зашла в свою комнату и долго мерила её шагами. Стук собственных шагов действовал на меня уничтожающее. Я чувствовала себя как никогда уязвленной. Моё тело мелко потряхивало, а в груди разрасталась дрожь.

Эмоции Аманды вновь давали о себе знать, в то время как я сама желала только одного.

Действовать.

Эленера готовится нанести удар. Планирует и выжидает, чтобы уязвить меня. Показать своё место. И чем больше, я сижу в своей комнате, тем становлюсь для неё лёгкой мишенью.

Мне нужно защитить себя. Да, это смехотворно. В своём доме я не могу быть в безопасности, но к счастью, я не считала этот дворец — домом.

Мысль зародилась внезапно. Как молния за окном, что озарила меня мыслями о дальнейших действиях.

Я должна уличить её во лжи. Иметь весомые аргументы которые уничтожат репутацию. Нечто такое, что заставит её держаться подальше от меня, пока я не подготовлю бракоразводные документы.

Нужно ехать. Не медлить и ехать прямо сейчас. Эленера ясно дала понять, я стала ей костью в горле. Она не получила от меня пользы, а значит, в её власти запереть меня на замок. Тогда я не смогу свободно передвигаться по столице и не успею переговорить с Ремахом.

Я подскочила, весьма сильно напугав горничную. Бедняжка не была свидетелем моего внутреннего диалога и вздрогнула, когда я не дав ей закончить начатое, стремительно приблизилась к гардеробной и достала утепленный плащ.

— Скоро вернусь. Оставайся в покоях, а лучше, ложись спать.

— Но миледи, уже поздно. Ваши дневные похождения никто не замечает, но ночные… Могут расползтись слухи. — девушка испуганно прислонила кончики пальцев к лицу, представляя какой характер приобретут эти сплетни. — Будет скандал.

— Неужели? — я приподняла бровь, ожидая продолжения. — Быть может, Гектор Обсидиан разочаруется в ненужной жене и решит развестись?

— Что вы! Нет, конечно.

Кончики моих губ опустились и я невесело подытожила:

— А жаль. Это бы упростило нашу работу.

— Леди Эленера постарается выкрутить ваш отъезд таким образом, словно вы бежите на свидание.

— Забавно. Но это будет уже её проблемой. В её обязанности входит следить за мной. А наличие у меня другого мужчины, скажет о том, что миледи не справляется со своими обязанностями. А если после этой ситуации, Величество Обсидиан решит проверить и другие её полномочия? И не допусти Бог Неба, узнаёт, что колоссальное количество средств уходит не по назначению? — тонкая, почти невесомая ладонь легла на мою руку.

— Я поеду с вами. Я буду свидетелем, что вы ничего греховного не содеяли.

— Не стоит. Я вернусь быстро, уточню несколько вопросов и сразу назад. Ты даже опомниться не успеешь. — перехватила ее пальцы, слегка поглаживая. — Будь бдительна. Следи, чтобы в покоях не было посторонних и главное, если увидишь стражников, постарайся привлечь как можно больше людей. Мы не позволим поступкам Эленеры оставаться в тени.

Служанка закивала и поклялась, что сделает всё, что в её силах, чтобы уберечь меня. Нежный голос жалобно дрогнул, и мне на миг стало стыдно. Стыдно, что оставляю её одну и не могу поделиться радостной новостью. Мне нечем её приободрить.

Бедная, хрупкая девушка, в ней было куда больше смелости, чем в Эленере, но она со мной. Верила в меня, даже когда вся империя считала рохлей, нюней.

Она была рядом и сейчас, рискует всём, отважно переча главной жене, безукоризненно и преданно, служа мне.

В доме маркизы горел свет. И я порадовалась, что сумела добраться раньше, чем Аврора ляжет спать. Я и без этого доставила ей множество хлопот. А я не любила чувствовать себя навязчивой.

Спешилась. Никогда раньше не ездила верхом на лошадях, но брать карету из под надзора слуг не стала. Слишком очевидным будет мой отъезд. Да и что помешает Эленере, послать за мной всадников, чтобы остановить. Тогда ей точно удастся доказать, что я приношу только одни неудачи и проблемы первой жене, а она, бедная и уставшая, вынуждена блюсти мою честь даже ночью.

*

— Как она посмела тебе такое сказать? Что за плебейская полукровка в жёнах у Лорда. — она всплеснула руками и запричитала.

— Эленера наговорила много гадких слов, но я ей не ровня и она уверена, что может сотворить, нечто и по хуже и ничего ей не будет.

— Нет. Аманда. Среди леди, в высшем свете нет подруг, но никто не позволяет себе высказываться в подобном тоне. Разве что пастухи и конюхи. Это недостойные разговоры. Упрёки, акцент на родителях. Ух, дошли бы её слова до Величества Обсидиана и она бы резво отправилась в дальнее имение, за получением должного образования.