Когда мы наконец спустились в просторный главный трюм, там уже царил контролируемый хаос. Матросы торопливо привязывали себя и груз к мощным опорным балкам. Офицеры отдавали короткие, хриплые команды. В дальнем, самом защищенном углу, у массивной центральной переборки, стоял Эрик Ривенфолл.

Он был без жилета, только в черной рубашке, промокшей насквозь. Рукава закатаны, на предплечьях виднелись напряженные мышцы. В руке он держал моток крепкой веревки. Когда наши взгляды встретились, он быстро подошел.

- Сюда, - сказал он коротко, указывая на место между двумя толстыми дубовыми балками. - Привяжемся здесь. Если корабль сильно ляжет на борт - здесь дольше всего останется воздух.

Я кивнула и села на указанное место. Мила прижалась ко мне, дрожа всем телом. Эрик опустился на одно колено и лично начал обвязывать нас веревкой - крепко, умело, но достаточно свободно, чтобы не пережать.

Пока его пальцы работали у меня на талии, наши лица оказались совсем близко. Вспышка молнии осветила его светло-серые глаза. В них не было страха - только сосредоточенная решимость человека, который уже не раз смотрел смерти в лицо.

- Вы… часто попадаете в такие штормы? - тихо спросила я, чтобы хоть немного отвлечься.

Эрик слегка усмехнулся уголками губ, не отрываясь от узла.

- Достаточно, чтобы знать: море любит испытывать. Особенно тех, кто слишком много на себя берет. - Он затянул последний узел и посмотрел мне прямо в глаза. - Но я старший сын в семье. У меня две младшие сестры и младший брат. Если я не вернусь домой живым… им придется очень нелегко. Поэтому я не имею права здесь погибнуть.

Я моргнула, удивленная внезапной откровенностью.

- Старший сын… - тихо повторила я. - Значит, вы действительно наследник престола Эйры?

Он кивнул, не отводя взгляда.

- За ужином я не шутил. Да. Эрик Ривенфолл, старший сын короля Альрика и королевы Иланы. Мои сестры - Лирия и Селена, им по семнадцать и четырнадцать. А младший брат - Кайрен, ему только двенадцать. Он еще считает, что старший брат может все. - Эрик коротко усмехнулся, но в глазах мелькнула теплая, почти нежная тень.

- Не могу их подвести. Особенно Кайрена. Он мечтает когда-нибудь выйти в море вместе со мной.

Я вдруг поняла, что за маской спокойного, немного отстраненного принца скрывается человек, который несет на плечах не только тяжелый груз короны, но и любовь к своей семье.

- Тогда мы точно не утонем, - сказала я тихо, но уверенно. - Потому что я только начинаю менять свою жизнь. У меня теперь есть настоящий дом, и множество незаконченных дел.

Эрик задержал на мне взгляд еще на секунду. В его глазах мелькнуло что-то новое - уважение, смешанное с тихим восхищением.

- Вы сильная женщина, Элира Сильвервейн. Сильнее, чем думают многие.

Он поднялся и отошел к команде, но я заметила, как он пару раз оглянулся, словно проверяя, надежно ли мы закреплены.

Шторм бушевал без пощады.

Волны били в корпус с такой силой, что корабль стонал, как раненый зверь. Один раз «Лунная тень» накренилась так резко, что несколько тяжелых сундуков сорвались с креплений и с грохотом покатились по трюму. Мила вскрикнула и вцепилась в меня. Я крепко обняла ее, шепча на ухо:

- Держись. Мы выдержим.

Где-то наверху раздался страшный треск - одна из мачт не выдержала напора ветра и сломалась с оглушительным хрустом. Крики матросов стали громче, отчаяннее.

Эрик и Элиас вместе с остальными бросились наверх, несмотря на протесты помощника капитана. Я видела, как они исчезли в люке, а через полчаса Эрик вернулся - с глубокой ссадиной на плече, кровь смешивалась с морской водой и стекала по руке.

Но он даже не остановился, чтобы перевязать рану. Сразу же отдал новый приказ и снова принялся помогать команде закреплять шрузы.

Под утро ветер начал понемногу стихать. Волны все еще были огромными, но уже не такими яростными. Корабль выровнялся, хотя и кренился заметно сильнее обычного - повреждения явно были серьезными.

Когда первые серые проблески рассвета проникли сквозь щели в люке, Эрик наконец подошел к нам. Лицо его было усталым, покрытым сажей и кровью, мокрые волосы прилипли ко лбу, но глаза оставались ясными и твердыми.

Он опустился на корточки и начал развязывать веревку. Когда узел у меня на талии ослаб, он протянул руку и помог мне подняться. Ноги дрожали, но я стояла прямо.

- Мы живы, - сказал он с усталой, но настоящей улыбкой. - «Лунная тень» сильно потрепало, но она держится. До Ольцега осталось больше двух дней. Мы будем вынужденны остановиться в порту ближайшего городо. Кораблю нужен ремонт. Прошу прощения за задержку.

Я посмотрела на его плечо, где кровоточила рана, и, не думая, протянула руку и осторожно коснулась кожи рядом с порезом.

- Вы ранены.

Эрик лишь пожал плечами.