Перед тем как идти к Ремаху, я все тщательно взвесила. Страх, что за мной могут следить, не отпускал, но после разговора с Обсидианом, я все же кое-что уяснила. Он был уверен, что держал все под контролем. Что я в его полной власти и он оказывает мне величайшее одолжение, что в последние пару дней, собирался посвятить мне чуть ли, не все своё время. Это могло значить, что он не ждал от меня решительных действий.

Поэтому, я успокоилась, немного, но хотя бы смогла перевести дух, чтобы решительно открыть лавку Бенедикта Ентона и больше не оборачиваться с тревогой на каждый шорох и резкие голоса, патрулирующих стражников.

Книжные шкафы, увесистый стол и несколько кресел. Все так же, как я помнила в последнюю нашу встречу, плотные шторы не пускали утренний свет, придавая кабинету мрачности и суровости.

Увидев меня, мужчина поднялся и по деловому пожал мне руку, хотя по местным обычаям, должен был поцеловать костяшки пальцев. Но так было даже лучше.

Я не хотела быть леди, и к нему обратилась, чтобы он избавил меня от этого титула. Глупо возмущаться не соблюдению этикета, который я еще толком, сама не успела выучить.

— Все готово, — сказал он после того, как сел напротив и сложил руки в замок. — Как только вы станете совершеннолетней, ваша печать заимеет вес.

— Печать? — непонимающе нахмурилась. Я хотела изучить бракоразводный процесс детально, но в темнице это не так просто сделать. Поэтому, оставалось слегка приподнять бровь и выжидательно уставиться на Ремаха.

— Брачный договор заключается на крови. На ней и должен расторгаться. Вступая в брак, вы пролили кровь на семейном постаменте Обсидианов, под клятву, что за вас дал отец семейства. В день вашего совершеннолетия, наполните эти руны — он протянул мне дощечку, на которой были выбиты символы одной неотрывной линией. — Они вспыхнут алым, и значит, брак будет расторгнут. Помните, вы обязательно должны быть рядом с ним в момент расторжения. Брак нельзя подтверждать на супружеском ложе. Вы должны быть чисты, иначе, для бога Неба, вы навсегда останетесь женой Обсидиана и будете целиком и полностью принадлежать ему.

Условий было много, но главное, я избавлюсь от него!

Я вышла от Ремаха в приподнятом настроении и за считанные секунды дошла до знакомого поместья, в котором я чувствовала себя раскрепощенной, так, словно была у себя дома, где мне знаком каждый закуток, закоулок, а главное, мне здесь были рады.

Я зашла в знакомую калитку, когда солнце стояло высоко, а значит, я провела у Ремаха половину дня. Но я не собиралась уходить пока не переговорю с маркизой, хоть и понимала, что домой придется идти быстрым шагом, если не сказать, пробежаться..

Я соскучилась по ней. По нашим разговорам и чаепитиям. Мне сложно было признаться в этом, но я стала воспринимать её как родного человека. Близкого, в этом чужом и остервенелом мире. Ещё мне не хватало моей служанки. Мне было стыдно признаться, но я до сих пор не знала её имени. Она была со мной с первого дня, но я так и не решилась узнать ее ближе, хотя понимала, что её преданность мне, была безукоризненна.

Когда разведусь, уговорю её уйти вместе со мной. Не оставлю её с Эленерой. Может я не смогу поначалу поддерживать её средний заработок, но и как к служанке относиться не стану. Она будет свободной и найдет для себя подходящую работу. Где угодно, я все равно поддержу ее выбор.

Я зашла в гостинную, ожидая увидеть Аврору, слуг у нее не было, которые предупредили бы ее о моем визите, но звенящая тишина била по нервам, набрасывая в сознание разного рода картинки жуткого типа.

Заглянула в соседнюю комнату, что служила маркизе спальней — никого. Я понимала, что потеряв обоих детей, она безумно волновалась за меня, а не застав её в гостиной, переживать начала уже я. Не надумала ли она чего? Успею ли я объясниться, почему не пришла вчера? Заставила ее лишний день волноваться.

Сперва хотела дождаться её усевшись в кресло у камина, несмотря на разгар дня, в доме было зябко, но внутренняя тревога рвала душу в клочья, вынуждая принять меры здесь и сейчас. Отправиться на её поиски, перерыть весь дом. Что если она застряла в сарае, как некоторое время назад, я?

Тогда мы с Арбеном не смогли выбраться вплоть до её прихода. А зная её здоровье, случиться могло всякое. К горлу подкатывал ком и я кутаясь в шаль, подошла к окну. Так открывался обзор на сад маркизы. Но недолго я разглядывала высаженные мной деревья и цветы, как калитка распахнулась, со знакомым скрежетом и знакомый мужчина, в считанные секунды, широкими шагами преодолел двор, а после, я не успела перевести взгляд с окна, как уже за моей спиной открылась дверь, и в следующую секунду, огромные ручища развернули и с силой усадили на подоконник, фиксируя мое тело своими ручищами, что я вмиг, забыла как дышать.

— Отпусти меня. — сказала как можно холоднее.

Я не могла вынести его взгляд. Болезненный, уставший. Мешки под глазами придавали тяжести его устрашающему виду.