В доме, где меня собирались шантажировать едой, я решила, что не съем ни крошки. Вообще ничего тут не возьму.

У меня появились мысли, в которых я не могла разобраться, так как все еще не полностью знала взаимоотношения тех, кто находился в этом доме, но все же Аманда на данный момент была единственной, которая, возможно, может забеременеть от Гектора Обсидиана. Разве, как минимум, к ее здоровью не должно быть повышенное внимание? Хотя Эленера, наоборот, отправила меня жить в действительно очень холодную комнату, где по ночам крысы бегают. Одна из них взобралась на меня, пока я спала.

— Эленера отвечает за вас, — ответила горничная, когда я осторожно высказала ей свои мысли. — Темное величество Обсидиан на вас толком и не смотрит. Я думаю, что не обращает на вас внимания и, поскольку у него полно других важных дел, ваше самочувствие, состояние и организацию охраны он доверил Эленере. Хотя, я согласна с вами, что все это странно, но все же мои мысли таковы.

Ребенок, которого должна была родить Аманда, впоследствии станет ребенком Эленеры, ведь она являлась первой женой. Но интуитивно у меня возникало ощущение, что ребенка она не хотела. Иначе бы проявляла больше заботы хотя бы к здоровью Аманды, чтобы она родила здорового малыша.

Это все были лишь мысли. Я ненадолго закопалась в них, а потом быстро прогнала. У меня хватало других проблем.

Ближе к обеду я решила опять пойти к маркизе. Причин для этого было множество.

Первая — я переживала за эту женщину и хотела узнать, как она.

Вторая — поскольку тело Аманды было настолько слабым, я решила, что как минимум прогулки будут не лишними. Настолько сильная изнеженность мешала.

Третья — я по дороге могла нарвать фруктов и поесть. Предварительно у горничной осторожно спросив какие фрукты можно есть, а какие — нет.

Дорога до особняка маркизы заняла примерно два часа. На территорию сада я зашла одна, ведь горничная наотрез отказалась пойти со мной. Вопреки тому, что голова у нее больше не болела, девушка настойчиво продолжала твердить про проклятье.

Маркиза была дома, но вышла ко мне далеко не сразу, а, когда наконец-то появилась на пороге, приняла меня с тем радушием, которого я вообще не ожидала. Мне даже стало неловко.

Но при этом, сказать, что она удивилась моему приходу, значит, ничего не сказать.

— У меня очень давно не было гостей, — сказала женщина. Я видела в ней радость, но так же я понимала, что она немного смущалась не ухоженности своего дома, из-за чего я всячески пыталась сделать вид, что все нормально. Более того, нахваливала ее особняк. Тем более, несмотря на потрепанность, он все равно меня восхищал.

Постепенно, она перестала смущаться и я тоже перестала ощущать неловкость. Рядом с этой женщиной было спокойно. Уютно. В итоге, незаметно за разговорами пролетели часы.

В основном мы ходили по саду и маркиза рассказывала мне про деревья и растенья. Я сказала, что в моем королевстве всего этого не растет и женщина поспешила объяснить все, что меня интересовало. Там, у нее в саду, я наелась еще больше фруктов. Деревья были неухоженными и запущенными, но плодов было множество.

В очередной раз смущаясь состояния своего сада, женщина сказала, что, к сожалению, не может нанять садовника, так как ней даже за большие деньги боятся устраиваться. Это относилось и к прислуге.

Пока я шла к маркизе, горничная сказала в чем состоит ее проклятье. И история эта действительно была жуткой. У маркизы умерла абсолютно вся семья. Родители, муж и дети. Они заживо сгорели и позже, с годами, умерли еще три подруги. От болезни, несчастного случая и нападения нищего.

Злые языки начали твердить о том, что маркиза проклята и нахождение рядом с ней подобно поцелую смерти. Постепенно, с годами это проклятье раздули до огромных масштабов и им пугали. Дошло до того, что маркиза осталась совершенно одна и даже не могла нанять себе прислугу. Пытаясь в одиночестве смотреть хотя бы за домом, она уставала и от этого болела.

Последние слова это уже то, что я поняла из того, что увидела. Горничная состояние маркизы списывала исключительно на проклятье.

— Знаете, про проклятье говорят лишь потому, что в вашей жизни произошли страшные события и потому, что в последнее время вы одиноки. Это способствует личному упадку, которое и списывают на проклятье, — сказала женщине, пытаясь достать до ветки, чтобы с нее сорвать алый фрукт. — А вот если бы вы появились на людях в роскошной одежде и с улыбкой, а так же показали, что у вас все замечательно, многим это бы позакрывало рты.

Женщина улыбнулась.

— Меня никуда не пускают, чтобы я там появлялась в роскошной одежде. Да и нет ее у меня. Портные меня у себя не принимают.