— Я выбрал за тебя, посчитав, что в центральном квартале тебе будет… интереснее, — объяснял Гросс, а в голосе его я слышала осторожность. Волновался, что я разозлюсь? Пф, нет, конечно, нет! Пусть будет моим «гидом».

— Ну как? — я покрутилась перед Илем, специально заставляя юбку взметнуться. Лёгкая ткань послушно взлетела, но ничего лишнего не открыла.

— Ты прекрасно выглядишь, — промурлыкал Гросс и подошел, заключая меня в капкан. — Нет смысла говорить, что кхарки так не ходят?

Ильхом прожигал меня голодным взглядом, хотя утром в душе мы уже успели с ним… задержаться. Ненасытный мужчина, но мне это чертовски нравилось!

— Я не кхарка, — прошептала в губы мужа и улыбнулась. Ильхом прекрасно знал мою политику — я подчиняюсь законам, следую традициям, даю разрешение на исследование, выполняю свой договор, но! Остальная часть моей жизни — моя! Как одеваться, что есть, как обставлять дом, как говорить — только мое! Я и так слишком много «отдаю» Кхару.

— Надень хотя бы браслеты, — просил Ильхом, открывая мои шкатулки. — Я не хочу ломать тебя, но опасаюсь, что меня примут за жадного и невнимательного мужа. В их глазах я и так «недостаточен».

Я подошла к Гроссу и начала перебирать то золото, что он мне успел надарить. Говорить, что большинство из этих массивных, усыпанных камнями вещей выглядели безвкусно и тяжело, я не стала. Иль старался так, как умел, как его научили, как «принято».

Выбрала для себя длинные серьги, тонкую цепочку с кулоном и пару круглых браслетов на руку. Под одобрительные кивки надела украшения и тепло улыбнулась Ильхому. Вот и все! Скоро мы вылетаем на мой первый «День Встречи»! Волнительно…

Во флае я закидывала Ильхома сотней вопросов. Мы летели над потрясающими пейзажами Харты: зелёные леса, плавные холмы, бирюзовые озёра, сверкающие на солнце. Когда мы миновали границу женского квартала, пейзаж сменился. Появились аккуратные, словно нарисованные поля. Они были не огромными монокультурными плантациями, а скорее лоскутным одеялом — небольшие участки, засаженные разными культурами, создавали пеструю, живописную мозаику из оттенков зеленого, жёлтого, лилового и алого.

— Что это? — спросила мужа, а сама разглядывала невероятно яркие и красочные пейзажи.

— Это хозяйства, — бросил быстрый взгляд в мое окно Ильхом. — Где-то фермы, где-то поля и теплицы, где-то сады. Мы же на Харте, а тут почти все занимаются сельским хозяйством и животноводством. Хорошая плодородная земля на Харте кормит почти всю Империю.

— А может мы съездим на такую ферму? Может там мне помогу подобрать цветы для моих горшков? Дома станет куда уютнее, если у нас будут еще и домашние растения, — бормотала вполголоса, разглядывая уже цветущие сады.

И вспомнилась Земля, мои бесконечные поездки, поиск уникальных мест, странных профессий, колоритных лиц. Я воспринимала это как должное. Свободу.

А сейчас… Сейчас я добровольно стала пленницей в красивом доме. Энергообмен, страх, травма — они построили вокруг меня невидимую тюрьму. Весь прошлый месяц я… боялась. Боялась выйти за ворота. Боялась, что случится что-то новое, что мы не выдержим следующего удара. Я пряталась. Позволяла страху ковать цепи. Такими темпами я и правда стану кхаркой — существом, которое видит белый свет только из окна личного флая по дороге на ритуальные «встречи».

Рука сама потянулась к сумке, где лежала камера, подаренная Гроссом. Разве выход в город не самый подходящий момент… начать? Просто страничка, как в социальных сетях. Просто пару видео и фото для памяти… Но нужны ли они народу Империи? Или я буду выглядеть глупо?

Черт, Юля! — ругалась на саму себя. — Откуда столько неуверенности? Откуда страх показаться смешной? Где та девушка с горящими глазами, что лезла в любую земную жопу? Не я ли мыла голову коровьей мочой в Южном Судане? Не я ли цепляла на соски маленькие присоски из бисера, чтобы потанцевать на Бразильском карнавале? Не я ли снимала обзор с завода по изготовлению фаллоимитаторов? Не я ли в прямых эфирах устраивала кулинарные обзоры, пытаясь приготовить говяжий язык и в итоге вызывала пожарных? Какой страх? Какая неуверенность? Откуда⁈

Когда мы сели, а Иль заглушил двигатель, я крепко сжимала в руках сумку с камерой и была заведена до предела. И злилась сама на себя, не понимая откуда во мне столько сомнений?

— Я хочу сегодня сделать пару фото в городе, — сообщила Ильхому, на что он одобрительно кивнул. — Пора не просто сидеть в четырех стенах, но и чем-то заняться.