— Видишь, нечисть это! Босорка! Присосалась к мужчинам пиявкой и тянет жизненную силу. Питается горем, страхами и страданиями, — откопала в книге описание нечисти, обманом пробравшуюся в купеческую семью. — Не переживай, Агафья. Есть способ вывести тварь на чистую воду! Слушай внимательно, что необходимо будет сделать. Сначала потребуется выманить Аксинью из дома хотя бы за час до заката. А самим в это время посыпать порог и подоконники смесью из соли и толченого чеснока, развесить по углам ветки терна и бузины, затопить печь поленьями вяза и кинуть в огонь полыни, чтобы дым наполнил дымоходы и проник в каждую щель. Соседей придется обойти и предупредить, чтобы не впускали нечисть на порог, если не желают беду к себе перетянуть, и попросить разжечь во дворах костры с полынью. После заката деваться босорке будет некуда, она и проявит истинную суть. Дальше останется только поймать тварь и связать веревками, пропитанными отваром шиповника, а после отвезти туда, откуда пришла. Босорки не могут сами перебраться через воду, вот и используют для этого заезжих купцов. А гигантский жернов, который твой муж с сыновьями и другими мужчинами приводит в движение, камни черные перемалывает. Черная пыль дурманит разум. Она же отравляет посевы и губит скот. Чем больше люди испытывают бед и страданий, тем моложе и краше становятся босорки.

— Да, неужели таким тварям дозволено безнаказанно зло на тверди творить? Благодарю тебя, Анна, что не отказала в помощи и открыла глаза на творящееся беззаконие! Прости, что, кроме поклона в пояс и человеческого спасибо, нечем за добро отплатить. — Сказав это, женщина и впрямь поклонилась до земли. — Сама видишь, в какую кабалу угодила.

— А мне и того хватит, что сумела помощь посильную оказать. Не нужно более никакой благодарности, — заверила Агафью. — От чистого душой человека доброе слово дорогого стоит.

— Пойду я, с твоего позволения, — засобиралась женщина, глаза которой загорелись надеждой. Такая горы свернет, а родных мужчин из беды выручит. — По соседям и знакомым пойду, авось удастся Петрушу из долговой ямы вызволить.

— А что, много ли задолжали? — поинтересовалась как бы между делом.

— Много, Анна Тихомировна, — женщина понурилась. — Сто пятьдесят золотых, если еще дом и ладью из залога выкупать.

— Большая сумма, — невольно нахмурилась, припоминая, сколько с меня запросили за решение вопроса с документами.

— Верно! Но я что-нибудь придумаю. Обязательно! Еще раз спасибо за помощь. Не поминайте лихом, — попрощавшись, гостья ушла, а я вопросительно посмотрела на Руфуса.

— Как думаешь, если попросим дом, получится столько золота раздобыть?

На ночь глядя я не рискнула экспериментировать, а утром после завтрака озадачила дом просьбой указать, не спрятан ли поблизости клад с золотом. Мне много не нужно — сто пятьдесят пять монет, чтобы купеческого сына из долговой ямы вызволить и решить вопрос по легализации в Сыроземске.

Вышла я во двор, ожидая похожего сценария, как вчера с железными штырями. Но нет, монетки из земли не появились. Зато выросли цветочки с золотистыми округлыми соцветиями. Один у порога проклюнулся, другой — у калитки сквозь утрамбованную землю пробился.

— Руфус Валерьянович, как считаешь, а не для нас ли столь милая прелесть расцвела?

— Вполне возможно, хозяйка. Надобно по этому следу пройти, глядишь и найдем место, где клад зарыт, — подтвердил мою догадку кот.

— Тогда лопату прихватить и мешок не помешало бы, — подошла к вопросу добычи клада с практической точки зрения.

— Зачем лопата? — мрякнул кот. — Лучше Шушу возьмем. При необходимости она вмиг доставку организует.

— Дом, если понадобится выкапывать золото, будь добр, выдай рабочий инструмент, — не повелась на кошачью подначку.

Выждав немного, я поняла, что обойдемся без лопаты, и смело вышла за калитку, оглядываясь в поисках нового ориентира.

На удивление, ранние визитеры сегодня не появились. Это хорошо, меньше свидетелей будет, чем мы тут занимаемся. Заприметив еще один цветочек на границе леса, поспешила к нему, пока не пропал. Та милота, что выросла на участке, уже исчезла, как будто ничего и не было.

Занимательная игра с поиском сокровищ завела нас в самую гущу леса. У подножия старого кряжистого дуба, корни которого переплелись в причудливый узор, обнаружила последний цветочек. Он вырос на стволе дерева, как бы намекая, что золото спрятано тут.