– Это значит, – отвечает он, останавливаясь в круге, но не спуская меня с рук, – что я хочу связать свою жизнь с тобой. Я люблю тебя, Леенна. Люблю твой характер, твое упорство, твою доброту и даже твои шипы. Тебе хватило стойкости, чтобы выдернуть меня из лап магического контракта и моего отца. Ни одна другая девушка в мире не смогла бы этого сделать. И я это знаю. И не собираюсь тебя больше отпускать. Я не могу обещать тебе, что в нашей жизни все будет гладко. Но я никогда тебя больше не отпущу – и никому тебя не отдам. Ты моя, Леенна. Всегда была и всегда будешь. И пока ты рядом, я буду твоим Дастаном – таким, каким был, когда мы познакомились. Не надо думать о нас, как о принце и простой девушке, Леенна, не надо строить между нами стены и воздвигать преграды. Я разобью их в любом случае. И здесь, перед всеми, кто тебе дорог, я скажу следующее. Я люблю тебя, и я никогда тебя не отпущу. Клянусь.

Купол над нами вдруг вспыхивает ярким светом, принимая брачную магическую клятву. Я потрясенно распахиваю глаза. Он поклялся… Поклялся перед всеми и признался мне в любви.

И я, наконец, отпускаю свое сердце:

– Я… Когда я увидела тебя там, во дворце, я испугалась, – тихо признаюсь я, – испугалась из-за того, какие мы с тобой разные. Ты – настоящий принц по крови. Ты прирожденный лидер. Тебя слушают, тебя любят, тебя уважают, за тобой, не колеблясь, последуют… Мне казалось, что такая, как я, недостойна быть рядом с тобой. И я решила поставить между нами точку раз и навсегда, чтобы потом не стало еще большее… Но я ошиблась. Мне все равно было больно. Очень. Я… тоже люблю тебя, Дастан. Безумно люблю. И… – мой голос крепчает, – я принимаю твою клятву и клянусь в ответ, что никогда тебя не покину!

Купол вспыхивает снова – как и звезды в глазах Дастана. Он наклоняется и под всеобщее ликование целует меня. Я смеюсь, с теплотой вспоминаю последние слова старика Гарта о счастливом будущем вместе с любимым человеком, и без остатка отдаюсь поцелую.

Конец однотомника.

Сложно сказать, на что это похоже. Это одновременно и теплые объятия, и погружение в пучину океана, и жизнь, и смерть. Я есть, но в то же самое время меня будто и нет. А потом… Потом меня будто сжимает, сажает в скорый поезд и я мчу. Поезд делает остановки, и на каждой остановке я вижу какую-то сцену. Вот на первой остановке профессор Розаль. Он подходит к Кругу отрешения и выглядит таким же зачарованным, как и я. Затем он вступает внутрь – а уже в следующее мгновение я вижу его, сидящим в библиотеке в Саморрии, прислушивающимся к чему-то внутри себя. Двери закрываются, поезд мчит меня дальше. На второй остановке я вижу секретаря Ваннара. Она, тогда значительно моложе, совсем юная и яркая, подходит к Кругу подобно своему предшественнику и, ведомая шепотками, вступает внутрь. Следующий кадр – она перебирает бумаги в учебной части. Двери вновь захлопываются, мы едем дальше. А на следующей остановке… На следующей остановке уже Леенна. Вот она заходит внутрь с заплаканным лицом и, замерев на мгновение перед Кругом, делает шаг вперед. Мое сердце наполняется сочувствием к ней, но уже в следующий миг я вижу другую картинку: как она весело и беспечно смеется где-то далеко-далеко, в причудливом месте, не похожем ни на этот мир, ни на другой. Во мне просыпается надежда, что, возможно, это и есть ее настоящее. Сначала мне становится легко-легко: магия земли во мне чует Леенну и просыпается, тянется к ней настречу. Но это только мгновение, потому что уже в следующий миг моя собственная стихия воды устремляется ей наперез – и они обе схлестываются в моем теле, пожирая его изнутри, разрывая его на части, причиняя мне немыслимую боль. Я горю, я в отчаянии, я не знаю, куда деться от этой боли. И тогда появляется старик Гарт и шепчет «Держи их!». И я, стиснув зубы, удерживаю обе магии за хвост, не позволяя им ни сцепиться, ни покинуть меня. Они тянут меня в разные стороны, но, поняв, что я не отпущу, устраивают настоящую бойню. Они слишком сильны для меня, их слишком много для моего такого слабого тела. Я чувствую, как они вот-вот набросятся на меня и уничтожат, и в миг, когда это почти происходит, меня накрывает что-то мягкое, легкое, как воздушное покрывало, и под этим покрывалом противоборствующие магии усмиряются. Я испытываю кратковременное облегчение, поняв, что это покрывало меня защищает, но всего миг спустя стихии, словно сбросив его с меня, начинают безумствовать с новой силой. Они как ревнивые жестокие дети тянут меня в разные стороны, и я понимаю, что в следующий удар сердца они меня порвут. Закрываю глаза. Меня наполняет скорбь. Прости, Арсах, кажется, ты ошибся. Я оказалась слишком слаба и не сумела угомонить магию. И сейчас она меня убьет.