Проклятье! А я ведь даже и близко не подошла к практической части!

Спешно вскакиваю и бегу к двери. Старик Гарт смеется.

– Скажите, Эрр Гарт, – обращаюсь я к нему на бегу, – к вам кроме меня вообще кто-нибудь заходит?

– Конечно, Леенна, – кивает он, – у меня полно посетителей. К примеру, Геркхарт. Жду его сегодня на чай. Должно быть, придет с минуты на минуту.

Я прикусываю губу. Геркхарт – этой мой дядя. Тот, что умер несколько лет назад.

– Что ж, – выдавливаю из себя через силу, – мне уже пора. Передавайте… кхм… передавайте ему привет, когда он придет.

– Обязательно, – улыбается старый библиотекарь.

Почти выйдя за дверь, я, не удержавшись, бросаю на Эрра Гарта еще один взгляд и вижу, как безмятежно он улыбается в пустоту. Что ж, надеюсь в его мире он счастлив.

К завтраку я, естественно, опаздываю. К счастью, этого никто не замечает: Дерр Мариадна предпочитает не допускать Леенну к общему столу; ее дочери, Никкара и Баэлла, спят до самого обеда; а Карт… Что ж, хочется надеяться, что Карту было достаточно моего скромного внушения, и ему все же хватит ума притворяться, что меня в этом доме не существует.

Впрочем, я все еще не ослабляю бдительности в его отношении. Тот солдат прав: мой братец достаточно гнилой, чтобы попытаться мне отомстить, значит, следует оставаться начеку.

Перехватив немного хлеба и остатки каши, я сбегаю в огород. Растения выглядят еще хуже, чем вчера. Стебли докрокка уже и вовсе лежат на земле и становится совершенно очевидно, что не заговори я его – и день-второй спустя пушистым косточкам конец. Но мне так и не удается достучаться до стихии земли.

– Ну же, – я уныло смотрю на косточки, – давай, оживай…

Ничего не происходит. Я припоминаю утро в библиотеке и пытаюсь извлечь из этого максимум пользы. Сейчас в ходу новая магия. Значит, нужно выдрать хороший кусок энергии из своей собственной маны и отщипнуть кусочек у этого булыжника, к примеру. Представляю, что вокруг меня – некое невидимое поле. Фокусируюсь на этой картинке по максимуму, добавляю полю четкие границы, даже чуток мысленно прихлопываю непослушные клубы обратно в поле. О общем, схожу с ума. Визуализировав себе таким образом ману, я пытаюсь найти где-нибудь ниточку, чтобы потянуть за нее и размотать необходимое количество. Нитки нет. Промаявшись с полчаса и здорово испсиховавшись, я понимаю, что поле-то воображаемое, значит, и нитку можно сделать воображаемую. Тут же представляю себе серебристую нить и тяну ее из поля. Не знаю, чего я ожидаю: что кончики моих пальцев заискрятся, или по венам побежит магия, или волосы у меня встанут дыбом – но ничего не происходит. Я могу тянуть нитку сколько угодно – но магии во мне столько же, сколько и утром. То есть, ноль.

Задираю глаза к тенту. Считаю до десяти, смиряясь с неудачей. Потом делаю глубокий вдох и перевожу взгляд на булыжник. Что ж, попробуем теперь старую магию. Беру булыжник в руки, подкидываю в воздух, взвешивая его. Потом смотрю на него долго и внимательно, представляя все то же самое поле. Мысленно рисую ниточку, тяну за нее и…

Через минуту булыжник летит куда-то в сорняки, а я, злобно отправившая его в полет, отряхиваю руки и принимаюсь ходить по тропкам как разъяренный лев в клетке.

Мне нужно пробудить в себе магию. Любым способом. Магия – это Академия. Академия – это билет в лучшую жизнь. А лучшая жизнь – это то, что мне нужно, черт побери! Если еще вчера мне было глубоко плевать на магию, то сейчас я хотела ее до дрожи, вот прямо до трясучки! Ведь это магия! Магия в магическом мире! И раз она была у Леенны, то какого лешего не передалась и мне?!

Жарко. Надо охладиться. И успокоиться. Выхожу из огорода и уже знакомой тропой спускаюсь к пруду. Там, в воде, мне моментально становится лучше. Она теплая, приятно обволакивает тело, удерживает на плаву и будто бы даже обнимает. Наверное, будь у меня мама – хоть в одном из миров – она обнимала бы меня так же.

Неохотно выбравшись из воды спустя время, я одеваюсь в старенькое изношенное платье, и поднимаюсь в город. Солнце уже высоко, улицы пустынны. Я решаюсь сократить путь и выбираю арку – под ней хоть тенек – в которую вступаю без малейшего страха.

Но кто бы мог подумать, что тот солдат был прав и мой проклятый братец выберет именно этот момент для нападения!

Я иду, погруженная в свои мысли, и не сразу понимаю, что за мной кто-то идет. Даже поняв, я не обращаю на это внимания. Ну подумаешь, мало ли у кого тут какие дела. Может, это местный житель, который забыл что-то сделать в утренние часы активности, или солдат, несущий тут охрану? В общем, я продолжаю идти. А потом, когда до выхода из арки остаются считанные метры, мне навстречу движется до боли знакомая тощая фигура.

Карт.

Закатываю глаза.