Моргаю. Господи, столько человек просмотрели этот шар – и только мой саллар увидел, что я не хотела этого поцелуя.

– Это правда, – я ощущаю себя так, будто иду по минному полю. Один неверный шаг – и взрыв. Прикусываю губу, отпускаю руку Арсаха, но в тот же миг обеими руками накрываю его лицо. Тепло, без любого подтекста романтики. – Бывает так, что случаются вещи, которых мы не хотим, но нам приходится с этим мириться. Да, он действительно поцеловал меня против моей воли, но можешь мне поверить, я отлично ему врезала. Видишь, я могу постоять за себя. Я вовсе не такая слабая, как ты думаешь, Арсах.

Чернота в глазах Арсаха замирает, будто прислушивается к моим словами. Саллар слегка наклоняет голову. Где-то там вдали звенит звонок, все разбегаются по занятиям, осторожно и с огромным любопытством оббегая нас четверых. Мои пальцы на щеках Арсаха слегка подрагивают от напряжения, но будь я проклята, если я сейчас его отпущу.

– Хорошо, – наконец, отзывается бездна. От облегчения я едва не теряю сознание. – Но если он притронется к тебе еще хоть один раз…

– Не волнуйся, – перебиваю я, – не притронется. Ведь ты же меня защитишь.

И этих последних слов отчего-то хватает для того, чтобы тьма в глазах саллара начала развеиваться. Убираю руки с его лица и нервно ёжусь, чувствуя, как намокает от пота спина.

– Нам нужно на занятия, – тихо говорю я. – Увидимся после пар, ладно?

Саллар не отвечает, но огонь в его глазах говорит за него: конечно, увидимся, разве может быть иначе? Слабо улыбаюсь ему на прощание и иду к корпусу. За мной тихими безмолвными тенями следуют Диара и Саррон. Оба отчего-то серьезные и притихшие. Я ожидала, что будут досаждать вопросами, многозначительно задирать брови и намекать на наши отношения с ревнивцем Арсахом, но ничего из этого нет и в помине. Оба мрачные, как на поминках, и выглядят слегка встревоженными.

И пребывают в таком состоянии до самого обеда. А во время перерыва я, уже не выдержав их взглядов исподтишка, сама задаю вопрос:

– Что такое? Вы хотите мне что-то сказать?

– Почему ты назвала его Арсахом?

– Так Терр поцеловал тебя насильно?

– И… что за магия была у Атрина? Вдруг стало так жутко…

– То есть, он действовал против твоей воли? И… да, что за магия? Я никогда не сталкивался с такой раньше.

Спросила, называется, на свою голову. Что ж, придется отвечать в самых общих чертах.

– Арсах – это его семейное имя. А магия родовая, у них у всех такая. И да, я не хотела этого поцелуя, поэтому твой друг вполне заслуженно получил по лицу. И это было не кокетство.

Мои спутники замолкают, переваривая услышанное.

– Эта родовая магия, – тихо говорит Диара, – пугает. Я видела его глаза. Стало так страшно. И меня будто парализовало. Я даже шагу сделать не могла, так меня придавило к месту… – ее даже передергивает.

– Да, мне было чуть попроще, – соглашается рыжий, – но его сила дейтсвительно… впечатляет. Я с такой мощью еще никогда не сталкивался.

Я прикусываю губу и вяло улыбаюсь:

– Не бойтесь, все в порядке. Атрин хороший парень и применяет свою силу только во благо. Вам не стоит беспокоиться на этот счет.

Диара отвечает:

– Это ведь только ты его там удержала. Если бы ты не нашла там подходящих слов, он бы… не удивлюсь, если бы он от Академии камня на камне не оставил, а от Шиэрра Рувваны…

– Эй, птичка, не так пессимистично. Терр силен, и никто бы не посмел разнести Академию, поэтому поменьше напряга.

– Здесь я с ним согласна, – я поддерживаю Саррона, – и еще раз повторю, что волноваться не о чем. Кстати, Диара, я вот что хотела спросить. Как у тебя идут дела с чарами активации?

Диара бросает быстрый взгляд на рыжего.

– А, все уже в курсе поливаек, – отмахиваюсь я, – рассказывай прямо при нем.

Саррон не в курсе, но усиленно делает вид, что да.

– Все готово, – улыбается, наконец, Диара, – я как раз вчера вечером добилась полной активации, вот, смотри.

Она вытаскивает из своего тубуса наш камешек, осматривается – мы находимся во внутреннем дворе – и застенчиво просит рыжего:

– Шиэрр Саррон, вы не могли бы… растопить снег и чуть подсушить землю?

– С удовольствием, – рыжий моменально собирает свою магию в шар и направляет ее на маленький пятачок земли. Снег на глазах начинает таять, впитываться водой в землю, а потом и вовсе разгоняется его магией в стороны, оставляя пятачок полностью сухим. Диара опускает на него камешек, сжимает его тремя пальцами, не трогая свою энергию – и земля темнеет от вылившейся на нее воды.

– Ух ты! – восклицает дракон. – Это было круто! Это и есть ваши поливашки?

– Поливайки, – поправляю я, – как ты это сделала?