— Клэр?.. — послышался голос того, кого она не ожидала увидеть. Она села в кровати, обхватив себя за колени, и уставилась на Арса затравленным зверьком. Она не хотела бы, чтобы он видел её такой — жалкой, надломленной — но отступать было некуда.

— Что ты здесь делаешь? — она дергано вдохнула. В присутствии других ей становилось ещё тягостнее, но она хотела удержаться от эмоций.

— Позволишь присесть? — Арс махнул в сторону стула у окна. Клэр кивнула. — Что у вас с Дестаном произошло?

— Грейс произошла, — ощетинилась ведьма. — Но я не уверена, что тебе будет приятно это слышать.

— Не будет, — легко согласился маг. — И всё же я пришел, чтобы обсудить это.

Клэр смотрела на Арса, в его добрые, открытые глаза, на его вечно взъерошенные волосы и скрытую за серьёзным выражением лица снисходительную улыбку. Перед её внутренним взором замелькало всё, что прежде их связывало: скромный букет на тумбочке, испытание посвящением от мастера Арвинга, ссора, которая теперь казалась ей сущим пустяком, его прикосновение в лесу и нежные, тёплые обещания перед первой битвой. Клэр жалела, что в её душе по отношению к Арсу поднималось столько чувств, но в них она не могла обнаружить одного, самого главного — любви. «Как, должно быть, больно», — думала она, еще больше проникаясь к колдуну привязанностью. И она решила рассказать всё, как было.

— Меня мучили дурные сны… Теперь я понимаю, что они были неспроста, — начала она. — Я хотела… Я думала, что могу пойти к Дестану, поговорить, немного успокоиться. Но я открыла дверь, а там, — она запнулась, — а там Грейс. Полуобнаженная, целует Дестана.

Лицо Арса помрачнело, ладони, лежавшие на коленях, сжались.

— А потом?

— Она просто ушла. Конечно, бросив напоследок колкость.

— Дестан что-то сказал об этом?

— Он обвинил меня в том, что я могла подумать, — челюсть Клэр сжалась от злости. — Как будто можно было подумать что-то ещё.

— Вообще-то, думаю, можно, — Арс вздохнул и продолжил: — Знаю, вы с Грейс никогда не ладили. Но все-таки ты не подозреваешь, на что она способна. Я не хотел этого рассказывать, надеюсь, ты сможешь меня понять… Мы с Грейс были близки. С ней я почувствовал себя действительно счастливым. И я доверял ей во всем, потому что не умею по-другому… Это было моей ошибкой.

— Ошибкой? — непонимающе переспросила Клэр.

— Да. Она попросила меня следить за тобой. Через Тину, так что, конечно, я не знал всего, но… Этого оказалось достаточно для рассказов Грейс Шедхарду. Она бегала к нему, прикрываясь тем, что это всё ради заботы о вас, чтобы уберечь от непредвиденных ситуаций. Я верил, пока не стало слишком поздно. Прости меня, — закончил он, понурив голову. — Я так виноват…

Но гнев не поднялся в душе ведьмы. Напротив, сочувствие к близкому окутало её, ведь это его, а не её, предали на самом деле. Именно его сердце, как она и опасалась, оказалось вновь разбито. Только сейчас она поняла, что действительно желала Арсу быть по-настоящему любимым, а всё прочее было лишь недовольством тем, кого он предпочёл, хотя это не должно было её касаться так же, как Арс не должен был подглядывать за ней во время ритуалов с Ноктис. Но они были похожи больше, чем казалось, и в порыве предупредить опасность совершили одну и ту же ошибку. Ей даже стало стыдно за то, что она не готова была увидеть всё его глазами.

— И как она это объяснила? — аккуратно спросила Клэр. — Неужели дело только в неприязни ко мне?

— И да, и нет. Она сказала, что ты занимаешь слишком много места в моём сердце. И что ты опасна, потому что делаешь то, что считаешь нужным. Не то чтобы я был с ней совсем не согласен, но это, пожалуй, и есть самое прекрасное в тебе. — Арс повернулся в сторону окна, и резкий свет очертил его профиль. — Грейс не хотела видеть, что я открыт для неё. Не готова была простить, что и у меня есть прошлое.

— Ты думаешь, она действительно могла…

— Уверен в этом. Подумай сама, она во всех бедах готова винить тебя. А тут вы, сразившие её последний оплот надежды в виде мастера Шедхарда, вставшие счастливой парочкой во главе цитадели, будто принц с принцессой из сказки. Разве это можно вынести? — усмехнулся колдун и покачал головой. — И она решила забрать у тебя то, что могла. До Шиайхи ей было не добраться, а вот до твоего капитана — запросто, как выяснилось. Хотя мне и неприятно это признавать.

— Ты не заслуживаешь такого отношения к себе, — вымолвила Клэр. — Спасибо за правду. Я никому не скажу, если ты хочешь, чтобы все оставалось в тайне.

— Да, прошу. Я и Дестану не сказал. Думаю, я должен разобраться сам.

— Как пожелаешь. Но можно я скажу как друг? Ты настоящий защитник. Пускай я не всегда понимаю твои мотивы, но я знаю, что они чисты. И ты достоин самой светлой любви. Не только тебя выбирают, ты можешь сделать выбор и сам. Даже если обожжешься снова, это ещё не конец.