От этой мысли её замутило. Почти сразу нахлынули детские воспоминания о том, как ей становилось дурно в обители божества, в которое так истово верили родители Клэр. Что же будет теперь, когда она стала жрицей Ноктис? Укрепит ли её новая вера или, напротив, соседство противоположных сил сделает только хуже? Но не явиться вовсе означало бы нанести серьёзное оскорбление, и манкировать это мероприятие она не могла себе позволить.

Время как раз подходило. Клэр провела ладонью по верхушкам ровно выстриженных кустов, образующих лабиринты тропинок. Что ж, остаётся только собраться с духом и проверить, что же будет. В конце концов, это ещё один шанс увидеть королеву поближе и присмотреться к ней. И всё же, если мортамер это она, что делать? Ринуться к ней и убить на глазах у всех собравшихся? «Глупо, — однозначно решила Клэр. — Нужно выждать. Если она вступит в свои права, а значит, получит в своё ведение некоторые государственные дела, можно будет просить об аудиенции, и тогда…». Она лишь надеялась, что Дестан придерживается такого же плана.

Вблизи храм бога Солиса был ещё монументальнее, чем казался на расстоянии. Высокие белоснежные стены упирались в высь, украшенные богатой резьбой по камню, изображавшей витиеватые узоры пламени и лучей солнца. Тонкие колонны с капителями из листьев аканта поддерживали треугольный антаблемент. Клэр без труда узнала в архитектуре второго по величине строения Лиорны вдохновение, навеянное ушедшими в древность веками: тех же, откуда она сама черпала формулы для многих заклинаний.

Подле храма уже собралась придворная знать, разряженная больше обычного. На их фоне Клэр даже почувствовала себя простенько: впрочем, и не такого статуса она была птицей, чтобы равняться с этими людьми. От ворот замка до самого входа в храм была выстлана пурпурная дорожка: невероятная трата казны, на которую Аделард не поскупился.

Благо, после нескольких дней изнурительной жары пришла прохлада, которая хоть немного скрашивала ожидание. Наконец спустя добрых полчаса показалась карета короля. Лакей бросился отворять двери: Аделард сиял гордостью за юную жену, которая, укрытая белой вуалью, прошествовала за ним, чуть склонив голову. Длинный шлейф её платья придерживали идущие позади слуги. Когда королевская чета вошла в храм, все прочие последовали за ними.

Мозаики, полностью покрывавшие стены, изображали некое неземное сияющее существо, окруженное многочисленными крыльями, в различных сюжетах: дарующего людям огонь, письменность, орудия труда. И даже сражающегося… «С драконом?» — Клэр покоробило. Она заняла место в последних рядах, неподалеку от Дестана, зашедшего едва ли не в последний момент. «Ему-то понадобилось гораздо больше времени, чтобы вернуться в замок» — с сочувствием поняла ведьма, скользнув мимолётным взглядом по его бесстрастному лицу.

Архиепископ уже ожидал у алтаря. Монарх поклонился, приветствуя его, а нарекаемая новой королевой опустилась на колени. Клэр не отрывала взгляда. «А как должна чувствовать себя в таком месте нечисть?» — вдруг осенило её. Когда девушка проходила мимо, она показалась ведьме непривычно бледной. Или так скрадывала цвет её лица ткань, наброшенная сверху?

— Пред лицом Бога нашего Солиса, властителя всего сущего, держителя власти небесной и дарующего жизнь светила, его преданная дочь, наречённая Виттори Терезьен, получает в дар символ его воли, которую она принимает на сотворение людского блага, — завершил свою речь служитель храма и возложил корону на изящную голову королевы.

Все склонили головы, признавая власть юной супруги Аделарда. Поднимаясь, она вдруг покачнулась и оперлась на руку мужа. «Неужели?..» — от пристального взгляда Клэр это движение не ускользнуло. Когда королева Виттори, державшаяся за монарха, прошла мимо, возвращаясь к замку, ведьма снова посмотрела на неё: девушка показалась ей едва живой и дрожала.

Глава 56

Позднее лето уже сглаживало жаркие дни прохладой чернильных вечеров, которые Клэр вынуждена была периодически проводить за не слишком увлекательной болтовней с придворными дамами, занимавшими себя преимущественно вышивкой. Ведьма могла бы кое-как заштопать протёршиеся штаны или пришить пару пуговиц, но это было верхом её способностей к немалому удивлению барышень. Пришлось сослаться на то, что в её краях большее внимание уделяли верховой езде и изучению наук. Её слова восприняли превратно и однажды попросили сочинить что-нибудь ради развлечения. Кроме особенно складных заклятий в голову ничего не приходило, и она переврала половину слов, надеясь не призвать ненароком какую-нибудь сущность. Дамы её талант не оценили и потеряли интерес к зарубежной поэзии. Больше всего Клэр нравились музыкальные встречи, поскольку каждая старалась блеснуть своими умениями и занять собой побольше времени. Тогда ведьма могла отсидеться, не особенно привлекая внимание.

Тем не менее она чувствовала, что её обман вот-вот раскроется, а это означало, что время неумолимо поджимало. Необходимо было наконец застать королеву Виттори тет-а-тет и понять, верны ли подозрения Клэр.