Боль разгоралась внутри, прокатывалась по венам, ноги подгибались, словно вся тяжесть небесной тверди вдруг рухнула девушке на плечи. До этой встречи в ней кипела жизнь: благородная, но призрачная цель спасти королевство Вентьерен от нашествия жнецов сменилась ясной жаждой отмщения за смерть родного брата. Теперь у неё не осталось ни Ренига, ни мести.

Она сделала ещё шаг вперед, и острие меча упёрлось ей прямо в основание горла. Лагерта чувствовала, как дрожат кровеносные сосуды, отделяемые от металла только воротом формы. Ещё немного – и всё закончится. Больше не придётся ни к чему стремиться, ничего искать. Смерть понятна и проста. И она плескалась сейчас в немигающих глазах Ренига. Оставалось только её принять, одним глотком, подобно противной пилюле.

Воздух задрожал от прокатившегося по земле рёва. Это был Риран. Он гневно захлопал широкими крыльями, переступая по земле, и требовательный рык вывел Лагерту из забытья.

Воспользовавшись тем, что Рениг перевёл взгляд на дракона, она мощным ударом сбила его с лошади, и треснула её по крупу, чтобы она понесла прочь по холму. Блеснул вытянутый из ножен меч; Лагерта кинулась к вскочившему на ноги Ренигу и схлестнулась с ним в яростной схватке. Риран прав: она все ещё могла решать за себя. И сейчас она должна была упокоить душу своего брата – такого, каким она его помнила.

Они бились не отходя друг от друга, не давая времени отдышаться, не увеличивая дистанции. Рениг словно и не уставал, его дыхание не сбивалось; Лагерта даже не была уверена, работают ли его лёгкие. Но у неё не было времени раздумывать. Выпад, полукруг защиты — искры от скрещенного оружия и скрежет. Атака вперёд и оборот вокруг себя в уклонении. Она была вихрем, крутившимся в гибельном танце, в котором должен был выжить только один — или никто. Тяжёлый удар под дых локтем сбил её с ног; она перекатилась по земле до того, как лезвие вошло в почву рядом с тем местом, где только что была её голова. Всё было по-настоящему. Одним лёгким движением Рениг освободил меч, но и этого мимолетного замешательства Лагерте хватило, чтобы рассечь ему грудь. Рениг отшатнулся, из раны брызнула кровь. Багрово-чёрная, будто ещё недавно она была засохшей. Но он не обратил на это никакого внимания и снова взмахнул мечом сверху вниз, будто хотел разрубить сестру пополам. Жадно хватая воздух, Лагерта увернулась и поставила ему подножку. Рениг потерял равновесие, и, не давая ему и шанса выровняться, Лагерта навалилась всем весом на его спину. Они рухнули на землю. Воительница прижимала мортамера к земле, но понимала, что её сил не хватит надолго. И всё же она не могла…

Не могла себе позволить, чтобы он умер так. Он должен был видеть её, а она – его. Поднимаясь, она наступила Ренигу на запястье, чтобы он выпустил рукоять. Он разжал пальцы и перевернулся. Лагерта приставила лезвие к его груди.

— Сд… Сделай… Это… — с хрипом, будто еле выдавливая слова, произнёс Рениг каким-то чужим, потусторонним голосом.

Её рука едва дрогнула, и мортамер тут же сделал рывок к своему мечу. Инстинктивно, только заметив это движение, Лагерта рухнула вниз, опуская меч вертикально прямо в грудь брата. С отвратительным звуком он вошёл в плоть и почву под ней почти до самой гарды. Вокруг раны тут же забурлила пенистая кровь.

Но Лагерта не спешила вынимать меч. Она мягко, почти ласково вновь подняла забрало золотого шлема, и ей показалось, что в зелени глаз мелькнула благодарность. И тут же погасла. Глаза Ренига не закатились, не сменили выражения, а просто… Остановились на её лице.

В это время в деревне все стихло. Вся нечисть испарилась, будто её и не было. Но Лагерта не могла бы сейчас заметить этого, даже если бы увидела сама. Она сняла с головы брата шлем и надавила на веки Ренига, заставляя его уснуть вечным сном. Слёзы окропляли его бледную кожу, только теперь похожую на ту, что была у него при жизни. Лагерта знала, что на этот раз сделает с его телом – ей понадобится помощь Рирана. Но сейчас – сейчас она прощалась в последний раз. И это удивительным образом было ещё больнее.

Когда Лагерта вернулась в Свирузы и нашла Дестана, она сухо доложила о том, что убила высшего жнеца. Капитан захотел взглянуть на тело, но воительница ответила, что предала его пламени. И взлетела на драконе первой, не дожидаясь всеобщего ликования. Её преследовал странный аромат, оставшийся отпечатком от встречи с братом.

Глава 36

— Лилиан была не только славной воительницей, но и ответственным, исполнительным комендантом цитадели. Её самообладание, сила и верность долгу заслуживают всеобщего уважения. Мы воздаём славному имени защитницы блага и покоя королевства Вентьерен, Лилиан Сантьен, последние почести. Пускай её путь в царстве богини Ноктис будет таким же славным, а вечный телесный сон безмятежен. Ничто больше её не потревожит. Во славу Лилиан! — все слушали погребальную речь Дестана с поникшими головами. Хоть комендантша и была строгой и временами надменной, её гибель в сражении при Свирузах мало кого оставила равнодушным.