— Если так подумать, то да, — согласился Баат. — Но с другой стороны… у нас есть ты! С твоей новой способностью вырубать технику! Мы можем устроить им веерное отключение! Представь: идут их армии, а ты — раз! — он щёлкнул пальцами, — и всё, темнота! Они тыкаются в темноте, как котята! А мы тем временем находим эту иголку и… и делаем с ней что-нибудь очень неприятное!

Его энтузиазм был заразителен. Даже Валдис улыбнулся.

— Его план, как всегда, безумен, — сказал рыцарь. — Но в нём есть зерно истины. Твоя сила — наше преимущество. Нам нужно научиться использовать её… точечно.

— Точечно, — я с сомнением посмотрела на свои руки. — А если я снова переборщу? Вдруг я не вырублю, а… испарю?

— Тогда мы будем очень громко аплодировать, — заверил меня Баат. — А потом быстро убегать. Но сначала — ужин! Потому что искать иголки в стогах на пустой желудок — дурной тон.

Он направился на кухню, напевая какую-то бессмысленную песенку про «киборгов и кабачков».

Я осталась с Валдисом. Он смотрел на схему «Сердца Разлома» на стене, его лицо было сосредоточенным.

— Мы найдём его, — тихо сказала я.

— Я знаю, — он повернулся ко мне. — Потому что у нас есть то, чего нет у них. — Он тронул моё запястье. — Эта связь. Она ведёт нас. К друг другу. И, возможно, к «Сердцу».

— Ты думаешь, я могу… почувствовать его?

— Я думаю, ты можешь всё, — он улыбнулся, и в его глазах снова мелькнула та самая, редкая нежность. — Ты же наша истинная. Самая сильная часть нас.

С кухни донёсся грохот и довольное рычание Баата.

— Кажется, он снова пытается приготовить что-то… экспериментальное, — вздохнул Валдис.

— Надеюсь, на этот раз без взрывов, — я встала. — Пойдём, поможем. А то он точно подожжёт навоз светящихся козлов для «аромата».

Мы пошли на кухню, оставив позади схемы и чертежи. Завтра нам предстояло искать иголку в стоге сена. Сражаться с корпорацией. Спасать миры.

Но сегодня… сегодня мы ужинали. Вместе. И это было почти так же важно.

Ужин, ко всеобщему удивлению, прошёл без происшествий. Баат ограничился тем, что поджарил стейки на открытом огне («Пища воинов!») и лишь слегка подпалил занавеску на кухне («Для атмосферы!»). Мы ели почти молча, каждый погружённый в свои мысли о предстоящей миссии.

После ужина Валдис снова уставился в карты и схемы, пытаясь вычислить возможное местоположение «Сердца Разлома». Дракон тем временем устроил «ревизию арсенала» в подвале, периодически снизу доносились его возгласы: «О, а это что? А это ещё что?.. Ой, лучше не трогать…»

Я же сидела у камина, пытаясь «прислушаться» к себе, к той странной связи, что объединяла нас троих. Выдохнув, закрыла глаза, сосредоточилась на метках на запястьях. Сначала ничего. Затем — лёгкое, едва уловимое покалывание. Словно кто-то вёл тонкой иглой по коже. И… ощущение направления. Тяги. Словно невидимая нить тянула меня куда-то на северо-восток.

— Я… я что-то чувствую, — негромко сказала я.

Валдис мгновенно поднял голову от карт.

— Что именно?

— Тягу. Как будто… компас в груди. — Я указала направление. — Туда.

Рыцарь сверился с картой, его брови поползли вверх.

— Это… Ржавые Пустоши. Заброшенные рудники. Никто не бывает там уже сто лет. — он посмотрел на меня. — Ты уверена?

Я кивнула. Ощущение было чётким и настойчивым.

В этот момент из подвала вывалился Баат, покрытый пылью и паутиной. В руках он держал какой-то старый, потрёпанный свиток.

— Смотрите, что я нашёл! — он гордо развернул свиток на столе. — Карта! Древняя! С отметками! Видите? «Сердце»! Здесь кто-то уже искал его!

Мы с Валдисом склонились над картой. Действительно, в районе Ржавых Пустошей была сделана пометка старыми, поблёкшими чернилами: «Сердце? Проверить».

— Чья это карта? — спросил Валдис.

Баат почесал затылок.

— Не знаю. Нашёл в груде хлама. Дед, наверное, припас. Он любил всякие древности. — дракон посмотрел на меня внимательно. — И твой внутренний компас указывает туда же? Значит, так и есть! Мы нашли иголку! Ну, почти.

Решение было принято. На рассвете — в Пустоши.

Возвращение в логово прошло в гробовой тишине. Даже Баат не шутил, погружённый в размышления о «Сердце» и предстоящей битве. Тяжёлое предчувствие витало в воздухе, гуще дыма от нашего факела.

Странно, но логово дракона, похожее на интерьеры для сюрреалистического мира, стало для нас настоящим домом.

В замке нас ждал сюрприз. На массивной дубовой двери был пришпилен пергамент с печатью Совета Ардуса.

— Официальный вызов, — мрачно констатировал Валдис, снимая его. — Видимо, слухи о наших подвигах дошли до ушей старцев.

— Или о том, как мы чуть не спалили половину леса розовым дымом, — добавил дракон. — В любом случае, нам придётся идти и отчитываться.

Мы зашли внутрь. Валдис развернул пергамент и пробежался по нему глазами.