-Буквально час назад выяснилось, что она уже носит моего сына, поэтому завтра я пошлю твоему отцу гонца с радостной вестью. И сообщу, что ради покоя герцогини лекари рекомендуют до рождения малыша отменить все посещения. Ты увидишь отца только на обряде принятия ребёнка в род. Что до Дедеи – её жизнь теперь намного важнее твоей, поэтому ты будешь выполнять все её капризы! А если попробуешь расстроить, нагрубить или огорчить…
Он полоснул Лариту взглядом.
- То моя жена подарит мне наследника и умрёт от родовой горячки.
С последними словами он наклонился над Илларитой, вынудив её буквально вжаться в подушку.
Девушка зажмурилась, натянув одеяло до самого носа, но его светлость не уходил, продолжая над ней нависать. И она не выдержала – приподнялась, храбро посмотрела в глаза мужу и произнесла:
- Вы, милорд, только что сказали, что Дедея для вас важнее всех? Странно, а куда подевалась ваша любовь к Милитте? Её тело ещё даже не нашли, не предали земле, а вы уже ждёте ребёнка от другой? Получается, Дедея у вас была одновременно с Милиттой. Вы изменяли моей сестре, лицемерно называя её любимой!
- Не смей! – зарычал его светлость. – Не смей касаться имени Милли! Да, Дедея была и раньше, но только потому, что я мужчина и у меня есть определённые потребности! После свадьбы с Милиттой фаворитка бы вышла замуж за кого-нибудь из преданных вассалов, оскорблять жену я не собирался. А теперь мне не для кого хранить верность и истязать себя воздержанием. К тому же, ребёнок сейчас весьма кстати.
- Ребёнок от любовницы, - задумчиво произнесла Илларита. – Как вы хорошо всё распланировали, милорд! Но что будет, если я не доживу до её родов?
- С чего бы это? – после короткой паузы поинтересовался его светлость. – Ты про руки? Но от этого не умирают, я узнавал у лекарки.
- Что будет с вашим бастардом, - повторила девушка, - если я покину этот мир до того момента, как ваша фаворитка разрешится от бремени?
Виллем молчал, с изумлением наблюдая за супругой: «Надо же, голос прорезался? Осмелела… Видимо, я был с ней слишком мягок!»
- Ничего хорошего, верно? – не дождавшись ответа, добавила Ларита. – Ни для вас, ни для этого ребёнка.
И неожиданно произнесла, нет, почти приказала:
- Отойдите, милорд, вы заслоняете мне свет!
Он машинально отступил, глядя на жену так, как смотрел бы на говорящего коня или внезапно ожившую мебель – недоверчиво и с неподдельным изумлением.
Девушка приподнялась, принимая сидячее положение, и его взгляд невольно прошёлся по её плечам, ключицам и тонким рукам.
«Набор костей, - фыркнул Виллем про себя. – Но какие вопросы она задаёт! Откуда что взялось?!»
- Так вот, милорд, я нужна вам, - она продолжала, не замечая выражения его лица, - как жена, как единственная наследница своего отца! Моя репутация – это ваша репутация! Моё унижение – это ваше унижение. И моя смерть – это, в каком-то роде и ваша смерть. То есть, ваших планов. Поэтому определитесь уже, что для вас важнее – месть или графство Сафир? Если первое – то зачем вам ребёнок от фаворитки? Бастард никогда не наследует отцу, даже если тот его признал и растил наравне с законными детьми. Даже если он единственный его сын!
Герцог стиснул кулаки – девица говорила правду – если с женой что-то случится, то он никогда не сможет узаконить ребёнка от Дедеи!
- А если для вас важнее графство, тогда зачем вы рубите ветку, на которой сами же и сидите? Боюсь, девять месяцев мне не выдержать… И рано или поздно слух о том, как вы обращаетесь с женой, выйдет за пределы замка. Подумайте, вам точно нужна такая слава?
- Ты погубила мою невесту, свою старшую сестру, - глухо бросил Виллем. – И я отношусь к тебе так, как ты этого заслуживаешь – не больше, не меньше.
- Да, я виновата и за это сама себя корю каждый день! - горько произнесла Лари. – Но всё случилось непреднамеренно, без злого умысла! А вы убиваете меня специально! Каждый день, медленно и неотвратимо. Думаете, Милитта была бы счастлива, если бы узнала, как вы надо мной издеваетесь?
- Ты не понимаешь, - рявкнул герцог, - я любил, а ты её погубила! Живёшь тут, дышишь, даже права качать пытаешься. А Милитты больше нет!!!
- Если вы не остановитесь, то скоро и меня не станет, - ровным голосом произнесла Илларита. – Долго так я не выдержу, и если не вы сведёте меня в могилу, то это сделает ваша фаворитка!
- Тебя не морят голодом, не заставляют работать в лесу или в поле. Ты не делаешь ничего сверх того, что выполняют обычные служанки, а от унижений ещё никто не умирал, – буркнул его светлость. – Если же ты рассчитываешь, что я пойду на поводу и отменю наказание, то ты просто тратишь время впустую. Я не позволю убийце жить долго и счастливо!
- Знаете, милорд, - Илларита отбросила одеяло и выбралась из кровати, - если вы рассчитываете, что я испугаюсь и признаю этого ребёнка, то вы просто тратите время впустую. Я лучше умру, чем позволю моему палачу и его бастарду стать владельцами графства Сафир! Не советую забывать, что без меня у вас не может быть наследника, а вот у меня без вас – может!
Последние слова девушки произвели на Виллема сокрушительное впечатление: «Она что, смеет мне угрожать?! Совсем с ума сошла? Кажется, я на самом деле слегка перегнул…»