Попытка дозвониться до Ленки снова не приносит результата.

Можно, конечно, спуститься на проходную, но тогда придется поднять на ноги службу безопасности, а это почти что подставить человека. Мало ли что могло случиться, в конце концов. Лена всегда была ответственной и исполнительной, иначе я не стала бы брать ее под свою опеку и личную рекомендацию.

Чашка кофе быстро приводит меня в чувство, видимо потому, что я давно не вливала в себя такую ядреную дозу кофеина всего секунд за тридцать. В зале для совещаний, куда прихожу самой первой, достаю блокнот и по памяти делаю таблицу с цифрами. Если что — этого хватит хотя бы не ударить в грязь лицом. Дай бог, не отразится на моей премии.

Но удача сегодня явно на моей стороне, потому что генеральный объявляет, что собственницы сегодня не будет и совещание проводит он, в экспресс-формате.

И хоть он большой любитель подергать меня по поводу и без, «завалить» меня не получается. Для этого он слишком мало вникает в мою работу.

После совещания снова заглядываю в кабинет и снова натыкаюсь на Ленкино пустующее рабочее место. Аня снова повторяет непонимающее движение плечами.

Приходится спуститься вниз, и на пульте охраны узнаю, что Лена вышла за пределы территории офиса еще два часа назад. Наверное, у меня красноречиво матерящийся взгляд, потому что начальник эСБэ в шутку затыкает уши пальцами.

Досидев час до конца рабочего дня, я еще трижды пытаюсь до нее дозвониться, но на этот раз вежливый голос автоответчика сообщает, что абонент находится вне зоны действия.

Отлично. Просто супер.

Но когда я, вернувшись домой, выхожу из лифта, меня ждет сюрприз — сидящая на ступенях перед моей квартирой пьяная в дым подруга. Рядом стоит початая бутылка дешевого виски и два пластиковых стаканчика, один из которых забит окурками.

— Маш!

Она видит меня, пытается подняться, но теряет равновесие. Успеваю поймать ее за руку буквально в последний момент, иначе подруга бы точно скатилась кубарем вниз.

От нее так разит алкоголем, что меня начинает подташнивать. Я без обеда, на голодный желудок это ядреное «амбре» способно меня прикончить.

— Маш, Маш! — Ленка цепляется мне в плечи, виснет переваренной лапшой. Скулит и ревет. — Он меня бросил, Машка, представляешь?! Бросил! Меня! Козлина!

Я, стараясь держаться хоть на каком-то расстоянии от ее рта, тяну Ленку к себе. Она такая пьяная, что еле переставляет ноги и не сопротивляется, когда стаскиваю с нее куртку и прямо в одежде запихиваю в ванну.

Почему-то в голове мелькают картинки из «Иронии судьбы» и пьяного Ипполита в пыжиковой шапке.

Холодная вода быстро приводит Ленку в чувство. Она даже пытается ругаться, но останавливается, когда выразительно грожу ей кулаком. Бросаю на край раковины свой домашний халат, полотенце и новую, еще запечатанную зубную щетку.

В прихожей Ленкину сумку буквально разрывает громкий звонок телефона. Я достаю и выключаю его, даже не глядя на имя на экране. Пусть сама разбирается со своим козлом, я в это больше лезть не буду — снова останусь крайней, когда они помирятся в который по счету раз.

Но и это еще не все, потому что как только я планирую сбежать на кухню, кто-то звонит в мою дверь.

В дверном глазке — букет белых эустом.

Огромный, как и в тот раз, когда мистер «Аристократ» ворвался в мою жизнь со своей личной трагедией. Приехал вернуть кольцо? Ну слава Богу, потому что я всерьез раздумывала над тем, чтобы отыскать его бывшую, узнать у нее хоть какие-то контакты и вернуть вещь ее хозяину. Это кольцо стоит минимум сто тысяч.

Слишком дорогие подарки даже для полностью разочарованного в жизни мужчины.

— Привет, — широко улыбается Гарик, протягивая мне букет.

Я так вымотана, что у меня нет сил даже удивляться, только улыбнуться с благодарностью и выйти за порог, прикрывая за собой дверь, но при этом придерживая ее пяткой, чтобы не захлопнулась.

— Не нужно было, — киваю на букет, хоть получить такую благоухающую роскошь, наверное, приятно любой женщине — от десяти до ста лет. — Я сейчас принесу кольцо.

— Нет! — слишком резко тормозит меня Гарик. Косится на дверь за моей спиной и сразу видно, что чувствует себя растерянным. — Я думал… может… Черт, прости.

Он ерошит свои белоснежные волосы, и я снова ловлю себя на мысли, что впадаю в легкий гипнотический транс, наблюдая за изысканными движениями его пальцев. Интересно, где он работает? Ногти ухоженные настолько, что я готова биться об заклад на всю свою премию — он регулярно посещает маникюрный салон. Ничего не имею против такого отношения к своей внешности, хотя, пожалуй, отношусь к тем женщинам, которые искренне тоскуют по мужчинам-варварам.