Ленка быстро влилась в коллектив, освоилась за пару недель и первый из трех месяцев испытательного строка провела без единого замечания. Даже генеральный не нашел к чему придраться, хоть даже не скрывал, что очень старается. Еще пару таких выпадов — и я все-таки вынесу на рассмотрение вопрос о его предвзятом отношении. И плевать, чем это грозит его репутации.

— Если у меня будет девочка — назову ее твоим именем! — торжественно заявляет подруга, и от неожиданности я чуть не давлюсь глотком кофе.

Рабочий день закончился полчаса назад, так что мы, взяв кофе в стаканчиках, решили прогуляться по набережной и пофотографироваться на фоне свежевыпавшего снега.

— Эммм… — даже боюсь озвучивать догадку вслух. — Ты что — залетела?

Она помирилась со своим МЧ неделю назад.

Ну как, помирилась — они решили попробовать еще раз. Кажется, уже второй или третий, даже на моей памяти.

Подруга кривит губы, всем видом демонстрируя молчаливое возмущение.

Миролюбиво толкаю ее бедром. Смеемся почти в унисон.

— Я не рожу, пока моя лучшая подруга не созреет для роли крестной матери.

— Тогда ты рискуешь стать самой старородящей женщиной планеты, — предупреждаю я.

Я хочу семью, детей и домашнюю жизнь.

Но определенно после того, как крепко и уверенно встану на ноги.

Хотя…

«Если кто-то от меня и родит, — написал вчера Призрак, — то только ты».

Он — чайлдфри.

Убежденный.

Но сразу после того, как я написала, что оценила его шутку, он ответил: «В каждой шутке, Ванилька, только доля шутки».

— Между прочим, — подруга делает загадочное лицо, когда мы проходим мимо ювелирного магазина, в витрине которого красуются бархатные коробочки с обручальными кольцами, — я собираюсь вытрясти из него предложение.

Скольжу взглядом по белому и желтому золоту, крохотным брызгам бриллиантов в простых, но элегантных оправах. Жду, что где-то ёкнет то самое, женское, которое о счастье с любимым мужчиной, детях и красивой семейной жизни, где утром завтраки с тостами и медом, а по выходным — лепка пельменей в две пары рук.

Правда, изо всех сил пытаюсь отковырять в себе эту потребность, в пол уха слушая детали Ленкиного плана по покорению «вечного холостяка».

Мне уже двадцать пять — это не так уж и мало. Большинство моих ровесниц в этом возрасте если и не состоят в законном браке, то хотя бы сожительствуют. У многих есть дети. А мои последние отношения закончились года три назад, продлившись чуть больше года, и я не испытывала ни капли сомнений, когда сама инициировала разрыв. Мой молодой человек был очень удивлен, потому что искренне полагал, что отсутствие громких скандалов и регулярный секс — достаточный показатель полного счастья.

Наверное, так думает большинство, и это абсолютно нормально.

Кроме тех случаев, когда твоя голова так устроена, что на вопрос «А чего я хочу от отношений с мужчиной?» не можешь сформировать четкий ответ. Потому что список «хочу» больше напоминает собрание сочинений советской фантастики.

— … а то пока от мужика дождешься — сморщишься, как старая курага! — В голове Ленки воинственные нотки.

С такими талантами ей бы мундир Нельсона[1] и на палубу военного фрегата, таранить вражеский флот.

— И вообще, — подруга стучит пальцем по витрине, наплевав на недовольный взгляд охранника с той стороны, — у меня бриллиант будет больше раза в три!

— Ты встречаешься с Абрамовичем? — не могу удержаться от шутки.

— Лучше! — вообще не тушуется Ленка, и я улыбаюсь, потому что не могу не заразиться ее оптимизмом. — С мужчиной с перспективами!

Я подхватываю ее под локоть и тащу в ближайшее кафе, надеясь, что кусок «Павловой» хотя бы ненадолго заткнет ванильный сироп, слишком уж бурно льющийся из Ленкиного рта.

Когда садимся за стол, и подруга убегает в туалет, я достаю телефон и не без улыбки нахожу там пару сообщений от Призрака. При подруге и вообще посторонних не хочу афишировать свою «активную телефонную связь», потому что не готова отвечать на вопросы, а без них не обойтись — часто окружающим чужая личная жизнь гораздо интереснее собственной.

ПРИЗРАК: Я сегодня допоздна, домой приползу хорошо если к двенадцати. И сразу спать.

ПРИЗРАК: Как ты? Извини, что пропадаю — реально много дел

В последнее время мы действительно мало общаемся.

Раньше у нас хотя бы был час на вечернюю болтовню по телефону, а теперь нет даже этого.

С одной стороны, мне почему-то очень приятна его амбициозность и желание штурмовать карьерную лестницу — в этом мы похожи как близнецы. А с другой…

Я гоняю от себя эти мысли, потому что между нами вроде как существует соглашение о «венце безбрачия», как его в шутку называет Призрак. То есть, он ждет, пока я укоренюсь на работе и буду готова сделать шаг в отношения, и мы оба храним друг другу «верность».