Последние недели до свадьбы проносятся быстрее скорости света.

Днем я на работе, и почти не вижу людей вокруг, потому что передо мной постоянно какие-то цифры, буквы, распечатки, счета и контракты. В какой-то момент я даже ловлю себя на мысли, что перестала оглядываться на юристов в поисках поддержки — во мне словно вдруг вскрылась вторая сущность, которая собаку съела на ведении бизнеса и заодно общается с духами своих собратьев-бизнесменов. Я не боюсь ошибиться, потому что, по какой-то даже мне не очень понятной причине, знаю все ответы на все вопросы и могу угадать ситуацию, как говорится, «с трех нот».

После работы — последние приготовления к свадьбе.

И я не знаю, что бы делала без своих верных и ответственных помощниц — Маруси и Грозной. Маруся целиком и полностью взяла на себя гостей, Грозная помогает решить вопросы с агентством, которое организовывает наше брачное торжество. Девочка, которой поручили все устроить в максимально быстрые сроки, либо святая, либо продала душу дьяволу, потому что успевает все и именно в том виде, в котором я хочу.

Я собираюсь выходить замуж только один раз в жизни, поэтому, моя свадьба будет такой, чтобы это стоило всех остальных, несостоявшихся.

И как бы не было тяжело, все получается и складывается.

Идет своим чередом, даже если я иногда как загнанная лошадь — то сплю на ходу, то путаю день и ночь.

Все хорошо.

Кроме одного.

В субботу торжество, а Гарик приезжает не за неделю до него, как должен был, а только в пятницу вечером. И мы даже не видимся, потому что, чтобы не нарушать традиции, я запираюсь в комнате до самого утра, потому что в пять приезжает визажист.

Мы с Гариком снова играем в молчанку.

Моего энтузиазма на милые сообщения хватает ровно на пару дней, потому что все мои попытки флиртовать разбиваются об его сухие сообщения — то просто со смайликом, то с каким-то почти официальным ответом. Так что мой оптимизм по поводу того, что мы сможем наладить контакт хотя бы по переписке, умирает так толком и не пожив.

В субботу утром, когда стилист делает мне прическу, я всерьез задумываюсь над тем, не выхожу ли я замуж за призрака. Мало ли, в конце концов, не существовали бы они в реальности — не было бы столько очевидцев их проявления.

К восьми — на мою прическу, макияж и одевание всей свадебной мишуры уходит ровно три часа — в дверь стучат.

— Маша? — Голос Гарика почему-то заставляет дернуться, и шпилька выпадает из рук моей стилистки, потому что я слишком резко поворачиваю голову. — Я не уверен, что ты там.

Хочется бросить ему, что логичнее было бы проверить это вечером, чем утром узнать, что стал героем «Сбежавшей невесты», но я сдерживаюсь и, прочистив горло незаметным кашлем, отзываюсь:

— Мы уже почти закончили. Но тебе нужно выехать раньше. Ты читал, что я тебе оставила?

Так как Гарик, намеренно или нет, самоустранился от торжества, мне пришлось скрестить пальцы и, понадеявшись на известное русское «авось», просто написать ему примерный план торжества.

Сейчас Гарику нужно было не ломиться ко мне, а ехать к месту проведения церемонии и ждать меня там.

— Ту большую портянку на пару страниц? — В его голосе нотки страдания.

— Прости, я била себя по рукам буквально за каждую запятую, — почти честно выкрикиваю я.

— Я все прочитал, — отвечает он из-за двери. — Хотел сказать тебе… спасибо. За то, что взяла на себя всю организацию.

— Ерунда, мне как раз нечем было заняться, — бравирую в ответ.

На самом деле, это ирония чистейшей воды, и мы оба это понимаем, но оба умалчиваем о том, что выставлено напоказ из-за фигового листа.

Гарик молча уходит, даже не поинтересовавшись, не передумала ли я.

Женщинам свойственно отказываться от брака в самый ответственный момент — это совсем не киношная история, а реальный факт из жизни как минимум двух моих приятельниц.

Я в последний раз смотрю на себя в зеркало.

Мы решили отказаться от традиционной фаты и вместо нее украсили волосы живыми белыми орхидеями и маленькими жемчужинами от Сваровски. На мой взгляд, получилось мило и нежно, уж во всяком случае точно лучше, чем какой-то начёс а ля «Мадам Помпадур».

Стилистка сделала красивый нежный макияж в розовых тонах, и подчеркнула кожу легким сверкающим тинтом.

Можно сказать, что я выгляжу на все двести процентов.

Папа уже ждет меня в машине перед домом.

Сегодня за рулем его «Мерседеса» водитель, и когда мы выезжаем за ворота, отец осторожно говорит:

— Маша, ты у меня уже такая взрослая.

Я знаю, как ему тяжело сдерживать дрожь в голосе, а еще тяжелее не обнять меня, чтобы не испортить красоту, но все равно шмыгаю носом. Потекшая тушь, наверное, сделает мой идеальный невестошный образ более живым.