И тут же Леша – маленький сорвался с места, заковылял своей нетвердой походочкой навстречу отцу. Павлик не отстал. Он деловито взял мелкого под ручку, сопровождая того на нелегком малышовом пути.

С отстранённым, вежливым интересом мама Алексея – старшего смотрела на то, как смешно ковыляет моя парочка, а я не знала, куда деться, куда деть свои руки, голову, куда спрятаться от неловкости, которая тут же, конечно, возникнет – она явно не пыталась идти на контакт, даже слова ни одного не сказала!

Наконец, малышня подошла, и Пашка сразу ухватился за брючину Алексея – спрятался за надежную стену. Я даже зажмурилась от удивления – наконец он признал в нем главного в семье, и не стал сбегать в свою комнату, чтобы не сталкиваться, не общаться, скрыться с его глаз.

Алексей подхватил Лешку на ручки, и тот заулыбался, и сразу начал дергать того за бороду – любимое занятие, благодаря которому он успокаивался. И вдруг…

— Па-па! – внятно и весело сказал Лешик.

Мы вытаращили глаза – новые слоги, новое слово! И какое!

— Что что? сын, скажи громче!

— Па-па! – снова громко и четко сказал Алешка.

Грецких обрадованно прижал его к своей груди. Я почувствовала, как в углу глаз собирается влага – такой трогательный, нужный, необходимый всем нам момент!

— Внучек… — Лешина мама утерла слезы под глазами, не боясь испортить свой макияж. Шмыгнула носом. — А это я – ваша бабушка.

— Ну что, как там дела? — дождавшись, когда ответит сестренка, спрашиваю тут же.

— На море качка. Повторяю: кач-ка! — говорит, а сама посмеивается.

— Не понял, поясните.

Даже здесь, за несколько метров от нее, могу предугадать, что в этот момент она закатывает глаза.

— Мы едем в Испанию, где много горячих и привлекательных мужчин! — вдруг выпаливает она. — Я уговорила Тасю не тратить на себя свою жизнь, а найти кого-то поинтереснее, да посговорчивее.

— Так, — добавляю в голос металла. — Вы хоть обе и подружки невесты, однако, не будем забывать, что со стороны жениха!

— Ну что вы какие серьезные, ей-богу! — вздыхает она. — Все в порядке, мы немного выпили шампанского, так что доберемся в целости и сохранности!

Я оттягиваю ворот ставшей вдруг тесной рубашки.

— Шампанского? Развлекаетесь, значит?

— Между прочим, это мама сама предложила! — с негодованием говорит сестра. — Она сказала, что в лимузине без шампанского нельзя. Это как проездной билет!

— Да вы там, я смотрю, все спелись в своем женском царстве!

— Еще как! — она приглушает голос и, судя по всему, прикрывает динамик рукой, чтобы сказать мне что-то важное и не предназначенное для ушей Таси и мамы. От интереса во мне все свербит, и я напрягаю слух. — Леш, она – настоящее сокровище! Не то, что твоя эта Катерина. Давно надо было избавиться от этой козы, честное слово!

Я не могу удержаться от смешка.

— И мама прямо пылинки с Таськи сдувает. Думаю, что скоро мне нужно будет начать ревновать! — несмотря на эти слова, голос ее довольный и радостный, она буквально сочится удовольствием. — Тасенька поешь, Тасенька не волнуйся, Тасенька то, Тасенька се. Ни с кем так не носилась, как с ней!

— Ну… — я чешу за ухом, не находя слов.

— Да все понятно уж, Леш. Одной нужно тратить куда-то свою нежность, а другой…Другой нужно ею насытиться. — Я прикрываю глаза – ну откуда моя сестра такая умная, прозорливая, тонко чувствующая другую натуру?

Мне очень нравится, что мама неожиданно резко и смело сменила курс на Тасю, и моя женщина, наконец, обрела такую семью, о которой, как она призналась совсем недавно, грезила во сне и наяву уже столько лет.

— Ну, в общем, у нас тут кач-ка. Как слышно? Как слышно? Повторяю: кач-ка! — продолжает шутить сестра, уже громче.

— Между прочим, до регистрации остается совсем мало времени, а вас все нет!

— Ой, — вдруг слышу какие-то звуки легкой борьбы, шорох. — У меня тут телефон обдира…отбира…ют!

— Эй, — голос Таси, нежный и негромкий, вклинивается в пространство и сразу же вокруг гаснут все звуки и цвета – настолько сильно она действует на меня, заставляя сосредоточиться только на этой удивительной девушке. Моей удивительной девушке.

— Ты как там?

— Жду, — снова чешу ухо и вглядываюсь в дорогу перед Дворцом бракосочетаний, надеясь разглядеть уже этот лимузин. — Вы скоро?

Она мягко хихикает, и я слышу, как там, в салоне лимузина, Сашка делится с мамой нашим разговором.

— Скоро. Как Алешенька?