Я попыталась вырваться, но его рука уже лежала у меня на талии. Он держал крепко и стоял слишком близко. Говорил тихо, но от тембра его голоса, как он цедил слова, по телу бежали мурашки.

— Я всё это время в твоих чертах лица видел Беатрис. Первые годы были особенно невыносимы. Лучше бы ты сразу…

Я перебила:

— Ты сам сказал. Назад ничего не вернуть.

Он смотрел тяжело.

— У меня тогда было слишком мало ума. И слишком много страха остаться без тебя. Я хотела семью. Я сделала то, что сделала. А ты решил, что жить можно и так… как мы жили. Как соседи.

Рейгард сжал челюсть так, что на скулах выступили желваки. Он смотрел на меня так, будто пытался понять — кто перед ним стоит на самом деле.

— Десять лет, Бель, — тихо сказал он. — Десять. Лет. Ты жила рядом со мной, спала со мной, рожала мне детей… и всё это время я даже не знал, кто ты.

Он провёл рукой по лицу, будто стирая усталость.

— Я думал, что живу в браке по приказу. Что терплю женщину, которую навязал мне император. Что просто выполняю долг. А оказалось… — он коротко усмехнулся, но смех был безрадостный. — Оказалось, что всё это время ты была моей истинной.

Он шагнул ближе.

— И ты молчала. Смотрела, как я живу с этой мыслью. Как ненавижу этот брак. И ни разу не сказала правду.

Он говорил тихо, но в голосе было столько напряжения, что воздух будто звенел.

— Зато ты сполна отплатил мне! Забрал детей, пытался шантажировать меня, — я ткнула его указательным пальцем в каменную грудь. Тот перехватил мою руку.

— Я не хотел, чтобы ты устраивала сцен, — жёстко ответил Рейгард. — И решил отрубить всё сразу. Я же выслал тебе содержание. Дом оставался твоим. В твоей жизни вообще мало бы что изменилось. Только в ней не было бы меня. Дети бы приезжали вместе со мной, и те две недели ты проводила бы с ними.

— Откуда мне было это знать?! — голос сорвался. — Ты просто забрал детей!

— Я хоть раз не привёз Фила за те пару лет, что он учится у меня, м?

— Нет, но… Ты сказал, что отвезёшь детей к своему отцу!

— Я признаю, что развод был жёстким, — глухо сказал он. — Но мои слова про отца относились к другому. Если со мной что-то случится. Там дети были бы в безопасности.

— Они и со мной были бы в безопасности.

— Откуда я мог это знать? — резко ответил он. — Я видел тихую леди. Женщину, которая едва поднимала голос. А сейчас узнаю, что ты метаешь кинжалы, бьёшь тварей прямо в глаз, разделываешь туши и ходишь в Гиблый Лес!

Я нервно дышала.

Рейгард тоже.

Мы были злы друг на друга. Вскрылись годы недосказанного.

Он отошёл от меня, снова провёл рукой по волосам, тяжело выдохнул.

Я тоже отвернулась, сжимая кулаки так, что побелели пальцы.

— Одна ложь потянула за собой другую, — тихо бросил он.

Я первая нарушила тягостную тишину.

— Почему ты не сказал детям о разводе и Беатрис? — тихо спросила я.

Рейгард посмотрел на спящего Арта и ответил не сразу.

— Потому что им пять и десять лет, Бель.

Он провёл ладонью по волосам, тяжело выдохнул.