Дориан посмотрел на свои ботинки, затем на мои грубые рабочие.
— У меня есть дорожные сапоги.
— Жду у крыльца через четверть часа.
Он поднялся, задержался рядом и тихо произнёс:
— Вы действительно плохо помните последние годы?
Я сжала край салфетки.
— Да.
— Удобно.
В этих двух слогах впервые прозвучало недоверие. Дориан ушёл, а я осталась за столом, не зная, как ответить на справедливое подозрение.
Глава 15
Через четверть часа я ждала у крыльца. Дориан вышел в тёмных брюках, простой рубашке и высоких сапогах. Без сюртука и официального выражения он меньше походил на лорда с портрета. Рукава были закатаны, на левом предплечье виднелся тонкий белый шрам.
— Подходит? — спросил он.
— Сад решит.
Шелест, сидевший на перилах, осмотрел сапоги.
— Сойдёт. Только по корням не топчись.
Мы пошли втроём. Томас хотел присоединиться, но Терен отправил его проверять подпорки у южного ряда. Нелли осталась с Беатой готовить гостевые комнаты. Арден попросил ещё час на книги.
У дома Дориан держался уверенно. Чем дальше мы уходили, тем чаще он останавливался. Узнавал дорожки, старые деревья, каменную скамью у заросшего пруда.
— Здесь раньше стояла беседка, — сказал он, показывая на круглый фундамент. — Мать пила чай после обхода.
— Почему её разобрали?
— Гред написал, что крыша обрушилась. Я разрешил продать остатки дерева.
Шелест недовольно дёрнул хвостом.
— Крыша протекала. Гред разобрал целую беседку и продал дорогие доски.
Дориан присел у каменного основания. В щели между плитами ещё оставались медные крепления.
— Я должен был проверить.
— Вы не можете проверять каждую доску во всех владениях, — сказала я.
— Я проверяю чужие счета для короны. Свои должен был проверять тем более.
Он поднялся и провёл ладонью по ближайшей яблоне. Ветка качнулась, коснулась его плеча. Дориан снял с неё маленькую ясницу.
— Сад тоже вас помнит.
— Надеюсь, не только мои зимние набеги на кладовую Шелеста.
— Это была кража, — сообщил хранитель. — Корзина считалась моей.
— В ней лежала двадцатая часть урожая. Я пересчитал.
— Поэтому ты и вырос таким скучным.
Дориан рассмеялся. Звук был тёплым и неожиданным. Я посмотрела на него дольше, чем собиралась.
Он заметил. Улыбка исчезла не сразу, между нами осталось мягкое выражение, которого я раньше не видела.
— Что? — спросил Дориан.
— Ничего. На портрете вы не смеётесь.
— Вы редко смотрели на мой портрет.
— Сейчас он висит напротив лестницы. Трудно не заметить.
Я пошла дальше. Шелест обогнал нас и сделал вид, что очень занят травой у дорожки.
Мы осмотрели расчищенную трубу, молодые деревья у реки и северный участок. Дориан спрашивал о стоимости работ, урожайности, договорах и планах. Я отвечала по записям, когда помнила, и честно звала Терена, когда не знала. Он не пытался поймать меня на ошибке. Слушал, иногда уточнял и хмурился у особенно запущенных деревьев.
— Сто серебряников не хватит, — сказал он у сломанной ограды.
— На всё — нет. До зимы важны канавы, крыша сушильни, погреб и сбор. Ограду починим там, где ходят звери. Остальное весной.
— Западное крыло?
— Закрыто. Дом без него большой.
— Вы не просите денег на жилые комнаты.
— Зачем? Моя спальня сухая, у детей тоже. Гости сегодня поместятся.
Дориан остановился.
— Раньше вы бы начали с дома.
— Я многое делала иначе.
— Из-за болезни?
Вопрос прозвучал спокойно. Я увидела в нём попытку понять, а не обвинение.
— Из-за того, что прежние способы ничего мне не дали, — ответила я после паузы. Это была правда, хотя относилась к другой жизни. — Я хочу иметь дело, деньги и место, которое не зависит от чужого настроения.
— От моего в том числе?
— В первую очередь.
Он принял ответ. Мы продолжили путь.
У дальнего ряда Томас стоял на лестнице и закреплял ткань вокруг треснувшей ветви. Терен держал опору. Увидев Дориана, мальчик спустился.
— Милорд.
— Продолжай, — попросил Дориан. — Я посмотрю.
Томас вернулся на лестницу. Терен показывал, как затягивать узел, чтобы не повредить кору. Мальчик справился со второй попытки.
— Хорошая работа, — сказал Дориан.
Томас покраснел и тут же нахмурился, стараясь это скрыть.
— Я ещё канавы чищу.
— Знаю. Алина написала.
— Она вам всё пишет?
— О поместье — достаточно.
— Тогда напишите, что Нелли хорошо рисует.
Дориан посмотрел на меня.
— Обязательно.