«Смелость города берёт». Истории с такими настойчивыми ухаживаниями часто заканчиваются свадьбой. Девушкам нравится, когда их осаждают, как крепость. Так им легче поверить в чувства поклонника. А поверив, они начинают убеждать себя, что не так уж он плох. Решителен, верен своим помыслам и готов ради них на многое. Чем не хороший муж?

По телу Джеймса прошла волна жара, превратив глухое раздражение во вспышку гнева.

— Да какое мне дело? Пусть хоть завтра свадьбу играют! Госпожа Ботем получит вожделенный титул даже раньше, чем рассчитывала!

Но здравая часть рассудка вкрадчивым голосом напомнила, что и на брак по расчёту Аурика вряд ли способна. Ей будет претить эта мысль также как ему, Джеймсу. Потому что чистая, верная, честная.

— Ох, лорд Андерос, — пробормотал он, — уж не превозносишь ли ты её до небес? Сам под приворотом, м-м-м?

Но нет. Менталисты устойчивы к приворотам, в этом главное достоинство его дара. Свои чувства Джеймс по праву считал настоящими. Да, ему было дело до Аурики Ботем. Пора бы это признать. Он защищал её от нападок Катрины и от предвзятого отношения родовитых некромантов. Но не пора ли остановиться? Дать девушке жить так, как ей хочется. С Юстасом или кем-то другим…

О, нет. Жар в груди вспыхнул вторым приступом ярости. Перед глазами стало мутно, в голове что-то звенело.

Ужаснувшись такой реакции, Джеймс полез в ящик стола за пузырьком с настойкой жгучего перца. Пара капель на язык помогли вернуть ясность мыслей. Жаль, что стеснение в груди никуда не делось. С телом и мыслями что-то не так. И если приступы будут продолжаться, придётся идти к лекарю. А пока он порвал донос и взялся за следующее письмо.

Букмаро орал, вопил и скатывался с человеческой речи в возмущенное мяуканье. Я накрыла голову подушкой — мало было ночных концертов от Юстаса, так после отработки в подвале и домашки должна слушать заунывные речи престарелого некроманта в теле наглого животного!

— Да замолкнешь ты или нет, чудовище? — захныкала я.

— Собир-р-р-райся, тебе говорю! — Букмаро прыгнул на меня и стал перебирать по покрывалу лапами. — Андерос уехал!

— Да какая мне разница, где ректор? — я скинула кота и села в постели. — Дай поспать. Я устала, измучена и хочу выспаться наконец!

— Я тебе искренне сочувствую, — явно соврал кот. — Но неизвестно, когда ваш р-р-ректор уедет из академии снова. А нам очень нужно почитать фолианты из его личной библиотеки.

— Ничего не понимаю, — вздохнула я и с тоской посмотрела на пустую кровать соседки. Сельму одногруппницы пригласили на ведьминские посиделки. Я от её приглашения отказалась, понимая, что никто там не будет рад выскочке из простых. — С чего ты взял, что у ректора есть книги о проклятиях?

— У него есть древние книги, — напомнил кот об оговорке с лекции Андероса. — Велика вер-р-роятность, что там будет нужное проклятие и нормальный способ деактивации.

Я жестом попросила Букмаро отвернуться и стала переодеваться. Отбиться от настойчивого псевдофамилиара всё равно не выйдет. Проще сделать то, что он хочет и лечь уже спать… Стоп. А что он хочет?

— По-твоему, мы должны влезть в кабинет ректора⁈ Каким образом? Мне красться по коридорам академии, прячась от студентов, потом взломать дверь приёмной своей шпилькой, а дверь в кабинет выбить ногой?

— Чем ты слушаешь? — Букмаро зашипел и повернулся ко мне, за что ответил легкий заряд миниатюрной молнии в нос. — Ай! Не смотрю я, не смотрю. Всё уже успел р-р-разглядеть, пока был обычным котом… Так, не сбивай меня с мысли! В кабинете у Андероса ничего интересного нет, а вот от его башни эманациями так и тянет! Так что пробраться нужно не в кабинет в академии, а в апартаменты!

Я застегнула блузку и слегка задумалась. Не проще ли будет засунуть кота обратно в амулет? И пусть дальше там сидит, перевоспитывается. Может, через пару веков его найдет более подходящая ведьма?

Совесть тут же подняла голову, мне стало неприятно от своих трусливых помыслов. Несчастный некромант и так восемь жизней прожил, ожидая спасения. Понятно, что ему не терпится снять проклятие. Даже, если залезть придётся в башню ректора.

— Пекло с тобой, — вздохнула я, накидывая плащ. — Пойдём к ректору. Надеюсь, он вернётся не скоро.

— Думаю, к утру, — Букмаро с разбегу прыгнул на дверь, повиснув на ручке.

Так вот как он уходит из комнаты один?

— С чего ты взял?

Я накинула на нас лёгкую завесу невидимости. Разумеется, мы никуда не пропадали и не становились прозрачными, но заметить нас теперь получилось бы только хорошенько приглядевшись. Мы с Сельмой частенько так прокрадывались мимо вахтерши. Магическая система, конечно, засекала, поэтому комендант и доложил ректору о нашей поздней прогулке. Но на вахте лишних вопросов не задавали, а слепки ауры на входе проверяли редко — в случае взрыва склепа, например.

— Если мужчина поздним вечером бреется и надевает всё самое лучшее, то едет он к любовнице. Это тебе на будущее. Вдруг муж попытается налево свер-р-рнуть? Наплетëт тебе про клуб лордов, важные дела или больную матушку.