— Демоны! — кашляя, ругались ведьмы. Несмотря на цвет, запах у дыма был тошнотворным. У меня слезились глаза. — Конец тебе, Юстас. Нам всем конец.

Однако прыщавого боевика уже и след простыл. Когда дым рассеялся, на полу сидел один кот. Фиолетовый кот весьма интересного окраса. Грудь оставалась светлой, полоски на спине почти чёрными, а вся остальная шерсть совпадала оттенком с любимыми фиалками моей бабушки.

— Твой кот? — кивнула на него блондинка. — Извини, мы не хотели. Юстас придурок. Учится на третьем курсе, а мозгов, как у школьника.

— Ладно, — отмахнулась я. — Главное, что Пушок жив. Чем хоть в него попало?

Брюнетка поджала губы. Если я всё верно поняла, в кота угодил её фамильный артефакт.

— Не знаю. Медальон не должен был активироваться от простого удара. В нём заключено древнее зло. Я привезла его в академию, чтобы изучать, и никак не думала, что так получится. Кстати, мы не представлены. Грета.

— А я Ундина, — блондинка протянула руку.

Ведьмы любили мужское рукопожатие. Так они считали себя равными магам.

— Аурика, — я ответила на жест. — Первокурсница. Поэтому вряд ли я смогу вылечить Пушка сама.

— Понятное дело, — Брюнетка Грета тоже пожала мне руку. — Я посоветуюсь с однокурсницами, придумаем, что делать. Понаблюдай за ним пока, хорошо? Если станет агрессивным или заметишь что-то странное — зови. Договорились?

— Договорились, — кивнула я.

Пушок, оправившись от шока, недобро покосился на ведьм и сел у моих ног.

Жизнь с каждым разом становилась всё интереснее и интереснее.

Распределение — день, который мы ждали даже больше, чем окончания наказания. Возможно, потому что наказание у нас почти никогда не заканчивалось: только отработали, и тут же получили новое. Вот, в очередной раз за некромантов прилетело.

— Пойдём в конце? — неожиданно засмущалась всегда бойкая Сельма

— Перед смертью не надышишься, — вздохнула я. — Лучше в первых рядах идти. Быстрее домой попадём. Пушок сам не свой был с утра. У меня с трудом получилось от него отбиться — прилип как репей. Страшно ему, что ли?

— Может, наше настроение уловил? — предположила подруга. — Я читала, что коты очень чувствительные. Поэтому ведьмы предпочитают их в качестве фамилиаров.

Я пожала плечами. Если бы Пушок уловил моё настроение, он был бы спокоен. Какая разница, на какой факультет меня распределят? Зельевары — это прибыльно и стабильно. Целители ещё и огромную пользу приносят. К боевикам я вряд ли попаду, там очень мало девушек, но даже если вдруг — вполне комфортно буду себя чувствовать. А вот некроманты или ведьмы мне не светили точно. Ведьмовская сила передавалась от матери к дочери, и у некромантов дар всегда проявлялся ещё в подростковом возрасте. Кто-то голоса слышал, кто-то призраков видел. У меня же единственной проблемой в то время были прыщи. Слава богам, они пропали как только прорезалась магическая сила.

— Почему ты так переживаешь?

— Мама ведьма, — со вздохом призналась Сельма.

Про маму подруга говорила много и с удовольствием, но тот факт, что она ведьма, как-то упустила из виду.

— Тогда тем более непонятно, — я развела руками.

— Бабушка — боевик, — припечатала ещё одной новостью Сельма.

С её бабушкой, Изабель Майек, я вообще была лично знакома. Милая дама с благородной сединой передавала нам булочки с корицей через забор.

— Я должна была догадаться, когда она играючи просунула руку с лоточком через защитный периметр, — хлопнула себя по лбу я. — Но как такое возможно? Донна Изабель должна быть ведьмой, раз её дочь — ведьма.

— Всегда есть процент отклонения от привычной закономерности, — явно процитировала кого-то Сельма. — Так что у меня есть шанс стать боевиком, ведьмой или даже зельеваром, как отец. Генетическая рулетка.

— Это же здорово! — я обняла подругу, чтобы поддержать. — Такая интрига… Смотри, начинается!

Перед парадным входом в академический корпус стоял фонтан со статуей Магдалены Торсвиль, жены основателя Академии Даркмунд. Фигуристая дама в струящемся платье часто становилась предметом обсуждения среди парней всех факультетов и курсов. И не только из-за распределительной функции, просто наряд у Магдалены был полупрозрачный.

Пока из бассейна фонтана вверх медленно выезжала лестница, ректор Андерос рассказывал то, что мы и так знали. Всем первокурсникам предстояло подняться к Магдалене, взять из её рук прозрачный кубок и зачерпнуть им воды. Именно напиток определит, на какой факультет определят студента после полугодового курса общей магии.

Ведьмы пили красное вино, некроманты — тёмный эль. Меньше всего повезло боевикам — им предстояло осушить кубок с чистым спиртом. Но я мечтала, чтобы мне попался травяной отвар как лекарям.

— А что у зельеваров? — полюбопытствовала я шёпотом.