Собрав кое-какие свои вещи, я решила, что за следующими вернусь позже. Эта квартира была съемной и за нее платила я. Марк без работы плату не потянет, а, значит, мне следовало все забрать до конца месяца.

У Марка сейчас не было даже денег на еду. Что уж говорить про квартиру и два его кредита, которые до этого момента платила я. Пусть теперь этим занимается его мать.

Свекровь с этой девушкой сидели на кухне и пили чай. На меня даже не посмотрели. Я предпочла им ничего не говорить. Лишь ненадолго зашла в гостиную, чтобы забрать свой рабочий ноутбук, после чего пошла к выходу.

— Лиза, а ну стой, — услышав голос свекрови, я остановилась на лестничной площадке. — Что это ты взяла? Ноутбук Марка? Давай, возвращай. Немедленно. Ты смотри на нее, решила утянуть собственность моего сына. Так и знала, что за тобой нужен глаз да глаз.

— Это мой ноутбук, — процедила сквозь плотно стиснутые зубы.

— Я прекрасно знаю, что это вещь Марка, дрянь. Когда я в прошлый раз приходила и просила денег на починку крыши, он сказал, что денег пока что нет, так как он только что купил себе рабочий ноутбук. Марк мне его показал, поэтому ты меня не обманешь. Мой сын кормил тебя и обеспечивал. Ты, мерзавка, жила за его счет и прожирала чужие деньги, а теперь еще и собралась потащить его ноутбук.

Мои губы дрогнули от саркастичной улыбки. Сколько же всего Марк ей рассказывал? Правда, она и без этого меня всегда недолюбливала. С первой нашей встречи эта женщина цеплялась ко мне. Все ей было не так. Например, по ее мнению, я была обязана каждый день готовить для него исключительно новые блюда. На завтрак, обед и ужин — что-то новое, чтобы Марк ни в коем случае не ел одно и тоже. А то, что я работаю, ее не волновало. Значит, ночью должна готовить, так как это обязанность женщины.

Подобных примеров было множество. Я всегда ее не устраивала. Но вот надеюсь, что эта любовница Марка ее устроит. С меня хватит.

— Повторяю, это мой ноутбук. Я его покупала на свои деньги и оплачивала со своей карты. Продолжать дальше этот разговор я не собираюсь, — я развернулась и пошла к ступенькам, но свекровь схватила меня за запястье и дернула.

— Стой, мерзавка. Ноутбук возвращай и сумку открывай. Я хочу проверить, что ты еще с собой утянула.

— Я не собираюсь этого делать. Отпустите меня немедленно, — я попыталась выдернуть руку, но эта женщина вцепилась в меня так, что даже кожу ногтями царапала.

Я знала, что у нашего соседа имелась камера, которая выходила на лестничную площадку. И я прекрасно понимала, что она записывала все, что происходит. У меня были хорошие отношения с этим соседом. Вот Марка он недолюбливал. Со мной же часто разговаривал, если мы случайно сталкивались.

И мне бы не хотелось, чтобы он позже на видеозаписи увидел весь этот цирк со мной и моей свекровью.

— Отпустите меня, — сказала с нажимом, желая уже наконец-то уйти. — Это мой ноутбук, а в сумке мои личные вещи, которые я уж никак не обязана вам показывать. Если вы немедленно не отцепитесь от меня, в дальнейшем будете разговаривать с полицией.

— Твои личные вещи? — свекровь скривилась. — Да всех их тебе купил Марк. Ты со своей мизерной зарплатой себе даже носки не могла позволить. Я вообще могу потребовать, чтобы ты ушла отсюда чуть ли не голой. Все эти вещи принадлежат Марку и ты заберешь только то, что я сама разрешу.

А вот это уже переходило все грани. Эта женщина ненормальная. Продолжать этот разговор я больше не была намерена, из-за чего выдернула руку даже несмотря на то, что свекровь, продолжая цепляться за меня, на моей коже оставила глубокие царапины.

Я ступила на первую ступеньку, как услышала:

— Дрянь, да как ты смеешь? Ты слушаться должна, мерзавка. Мой сын тебе все дал. Да ты у меня в ногах должна валяться и благодарить, — после этого я ощутила сильный толчок в спину. Свекровь зло меня толкнула, а я, держа в одной руке сумку, а в другой ноутбук, просто не смогла удержаться за перила, из-за чего полетела вниз.

Последнее, что я видела — это ступеньки, к которым приближалась моя голова.

Все это произошло настолько быстро, что я даже испугаться не успела. Был лишь один крайне болезненный удар, а после него полная темнота…

— Миледи, вы пришли в себя? — услышав звонкий, встревоженный голос, я поежилась. Голова болела настолько сильно, что меня даже лихорадило от этого и, открывая глаза, я поежилась от яркого света. Перед собой увидела девушку, одетую в какую-то странную одежду. Словно она ее достала из средневековья.