Раздался стук, а потом в приоткрытой двери показалась голова Эвы.

- Дорей не осмеливается зайти, но хозяин трактира говорил с ним и выразил просьбу от других постояльцев заниматься вокалом в другое время. Хотя казалось, что он относится с глубоким пониманием к чувствам новобрачных.

- Я поговорю с ним утром! – заявил дракон. – А теперь иди, с твоей хозяйкой ничего не случится: она может сама кому угодно голову оттяпать, а остальное понадкусывает прокля́тый кролик.

Аника наблюдала за этой суматохой с улыбкой. Её супруг был не столько разгневан, как хотел показать, сколько удручён этой ситуацией. Оказалось, что не все дамы готовы упасть в его объятия или флиртовать с ним: Аника считала необходимым соблюдать условия договора. Она боялась влюбляться в него, опасалась, что жизнь на Чёрной горе будет полна тоски по нему. Ведь дедушка однажды признался, что смертельно тоскует по любимой женщине. Но Аника совсем не помнила бабушки, а дедушка был очень скуп на слова о ней. Хотя бы о матери он рассказывал маленькой внучке, и каждый разговор о ней Аника хранила в памяти.

Когда камеристка ушла, Аника забрала шпагу у Кныра и отправила его спать. Оставалось разобраться только с мужем.

- Я ужасно устала, - сказала она. – Тебе нужно успокоиться и лечь спать. Знаешь, я могу попросить Эву подать тёплого молока с ложкой мёда. В конце концов, этому трактиру ты платишь такие деньги, что можно и молока потребовать, когда мучает бессонница.

Дракон прищурился.

- Весь трактир уверен, что Про́клятый дракон устроил брачные игры в трактире, - улыбнулся он. – Наутро все будут судачить о бесстыдной страсти герцога и герцогини. А веди ты себя прилично, как и должна послушная жена, ничего бы не случилось.

Он поморщился и дотронулся до правой ноги.

- Твой кролик не страдает от бешенства?

- Конечно, нет! – фыркнула Аника. - Кныр привык опекать меня и всегда быть начеку. Он только слегка поточил зубки.

- О мою ногу.

- Ладно, - Аника решила, что с герцога на сегодня достаточно приключений. – Сейчас я дам тебе бальзам, намажь им место укуса: боль тут же уйдёт, а назавтра не останется и царапины.

- Если ты вздумала меня отравить ядом…

Она прыснула от смеха.

- Твоя голова полна дурных мыслей, - покачала она головой. – Возьми мой бальзам и иди к себе, ничего с тобой не станется.

Он посмотрел на баночку с синей крышкой, которую забрал у Аники, и направился в свою комнату.

Когда дверь за ним закрылась, она тут же вернулась в постель. Аника слышала, как дракон ещё ходил по комнате. Его шаги она ощущала так, как если бы он был рядом. Потом он подошёл к их общей двери, постоял и тихо выругался. «Злится», - подумала Аника и с этой приятной мыслью заснула.

Столичная жизнь только кажется увлекательной: приёмы, балы, магазины, портнихи, парфюмеры, кондитерские. На балах и приёмах всё происходит до зевоты предсказуемо: комплименты, танцы, изысканные наряды и милые шутливые пересуды. На самом деле -сплошное притворство, гнусные сплетни, зависть, ненависть и, порой, безвкусица в одежде. Ничего нового, и Аника уже хотела домой, то есть в поместье мужа. Пожалуй, только кондитерские были великолепны, к ним она относилась почти с обожанием. После каждой прогулки по Партодору муж вёл её в кондитерскую, и каждое утро к завтраку ей доставляли свежайшие пирожные и булочки.

После неудачной ночной вылазки в её спальню дракон не потерял надежды, что это только временная неудача. Он всё чаще целовал её руку, отодвигал ей стул, когда она приходила в столовую, и старался склонить голову так, чтобы ненароком коснуться губами её макушки. Во время прогулки её рука покоилась на его локте. Дракон использовал любую возможность её коснуться.

За обедом она спросила, когда закончится их столичное путешествие.

- Король дал понять, что рад видеть нас при дворе. У меня лежит порядка пяти приглашений на приёмы, и пару из них нам стоит посетить. Послезавтра мы поедем к графу Формсу - твоему дру-гу, - он так и произнёс это слово по слогам.

- Хорошо, - вздохнула Аника. – Только на обратном пути в поместье Викардинг я хотела бы заехать к Чёрной горе. Пора бы присмотреть мне домик. Через два месяца мне исполняется восемнадцать лет.

- Нас ждёт процедура признания брака недействительным.

- Я тебе говорила, что это будет самым лёгким бракоразводным процессом. Ты и я несовместимы. Я даже не стану дожидаться официальной бумаги, сразу же отправлюсь к ведьмам.

- Ты не думала, что Его Величество, который приветствует этот брак, будет против? Он может воспрепятствовать признанию брака недействительным.

- Нет, - твёрдо сказала она. – Когда Его Величество поймёт, что это моё искреннее желание, он смирится.