И Алекс, и Аника её узнали – леди Трамбль, скандальная и склочная старушка. Он даже растерялся, но старуха уже провела своей рукой по его носу и губам. Насколько он знал, она приходилась какой-то дальней родственницей королеве, и только это было причиной того, почему до сих пор она не была отлучена от двора. В молодости бабуля могла в нос съездить прямо на званом вечере, если считала, что за дело.

- Молодая ведьма отказалась от Чёрной горы? Внучка бывшего министра нашла себе пару под стать? Надеюсь, ты устроила «весёлую» жизнь этому дракону? Задала жару? – засыпала она её вопросами.

- Леди Трамбль, конечно, - улыбнулась Аника. – Его печка давно нуждалась в хорошей чистке после прежнего использования, и, разумеется, я подкинула новых дровишек.

Бабуля восхищённо присвистнула.

- О! Понимаю, понимаю… Какая горячая молодая пара! Ладно, мне нужно вас покинуть, у меня ещё полно здесь дел.

- Зачем ты сказала ей какую-то глупость про дровишки? Она чёрт знает что подумала и разнесёт это по всему залу! – возмутился Алекс.

- Да и пусть! – огрызнулась Аника. – О нас и так говорят последние полчаса без остановки.

- А что ты имела в виду, когда говорила о хорошей чистке моей печки?

- Без понятия! – ответила Аника, похлопав своими чудесными глазками.

Раздался шум. В зал входили король Дракон Альтева и королева. Все отошли, образуя коридор, пропуская королевскую чету. Алекс и Аника оказались во втором ряду, их сместила великосветская толпа. Они шли, кивая и улыбаясь.

Вдруг Его Величество приподнял брови и направился в сторону, где стояли Алекс и Аника.

- Герцог Викардинг и его прелестная молодая супруга! – с улыбкой сказал он. – Рад вас видеть на нашем приёме.

- О, дорогая Аника! – произнесла Её Величество. – Уже взрослая замужняя женщина. Как время летит.

Алекса и Анику пропустили, чтобы они поклонились королевской чете и сказали, что счастливы присутствовать на балу. Королева была так добра, что дотронулась до руки Аники, присевшей в реверансе.

После этой короткой минутной церемонии дракон понял, он возвращён в общество, его вынужденное затворничество окончено. Король Дракон Альтева дал понять это всем присутствующим в зале.

Всё было привычно, как будто не было этих лет в поместье, а он только вчера покинул дворцовый зал.

- Ох и скукота! – сказала ему Аника, когда они танцевали. – Надо бы расшевелить это болото!

- Действительно, пора, - отозвался он. – Всего полтора часа назад, как король поприветствовал нас, я был снова принят к королевской кормушке. Пора бы поставить точку в этом представлении.

Они засмеялись, а потом оба пришли к выводу, что пора бы уехать.

К ним неожиданно подошла Дина Винкаст. На ней было белое платье с глубоким декольте и высокая прическа, несколько выпущенных прядей обрамляли её чуть тронутое румянцем лицо: дивная белая роза. Женщна редкой красоты. Она шла под руку с отцом Аники.

- Ведьму приняли в высшем свете! – насмешливо сказала она. А шедший рядом с ней Вильсенд Дарль испуганно смотрел на Алекса.

- Здравствуй, сестра! – ответила Аника. – Как видишь, хоть ты и не открыла мне ворота дома, я не пропала.

- Вряд ли твой успех продлится долго. Твоё место у Чёрной горы! Ты и мужа нашла благодаря мне, - рассмеялась она. – Твой Про́клятый дракон влюбился в меня, но никогда бы не мог претендовать на благородную девушку рода Винкаст. По чистой случайности ты замужем, а не под забором…

Юная герцогиня насупилась. Алекс не успел и слова сказать, как она тихо произнесла:

- В белом платье во дворце, красотой сияешь,

С крысой только на крыльце дружбу потеряешь!

Никто ничего не понял, леди Дина продолжала насмешливо смотреть на сестру, но в зале поднялся переполох, гости отчего-то бросились врассыпную.

Чёрт его знает откуда взявшись, через весь зал бежал прямо к Дине Винкаст крысёныш во фраке и визгливо кричал:

- Драгоценнейшая! Несравненная! Любовь моя!

Дина Винкаст отбежала от него, но назойливый влюблённый крысёныш тянул к ней свои лапки и семенил по залу. Некоторые дамы упали в обморок, и их прижимали к себе сбитые с толку кавалеры. Дина Винкаст металась по залу, а крысёныш с нелепыми признаниями в любви бегал за ней.

Наконец прибежал стражник. Он стал прогонять назойливого грызуна, но тот с поразительной изворотливостью шнырял между гостями и продолжал вопить о любви к «драгоценнейшей».

- Да выведите её уже! – грозно провозгласила леди Трамбль, вышедшая в центр бального зала. – Неужели непонятно, что назойливая крыса уйдёт только с этой дурёхой? Это надо было додуматься приволочь своего хвостатого ухажёра к Его Величеству. Какой конфуз!

- Попрошу не оскорблять мою даму! – напыщенно сказал крысёныш, не переставая преследовать Дину Винкаст.