Магистр Эларион, он же мой саркастичный кот Корнелиус, сидел напротив, его мудрые янтарные глаза внимательно наблюдали за нами, светясь в полумраке, словно два драгоценных камня. Его человеческий облик был величественным и внушительным — высокий, статный мужчина в роскошных одеждах, расшитых золотыми нитями. Снежно-белые волосы ниспадали на плечи, а лицо, несмотря на молодость черт, излучало древнюю мудрость.

Осознание того, что этот ворчливый, пушистый комок на самом деле является древним Магистром и Ректором Академии, которого никто никогда не видел, до сих пор не укладывалось у меня в голове. Жизнь, кажется, окончательно решила поиграть в самую абсурдную комедию, подкидывая мне один сюрприз за другим.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила я, изучая лицо Луциана в поисках признаков боли или дискомфорта.

— Плюс десять тысяч калорий за осознание того, что твой фамильяр — древний маг, — промурлыкал Корнелиус, его голос был теперь глубоким и мелодичным, как древнее заклинание, но с знакомыми, едва уловимыми нотками ехидства, которые я так хорошо знала. — И минус бесконечность за все твои прежние представления о мире. Надеюсь, ты готова к новым открытиям, Анабель? Ты ведь только что познала истинную мощь своей «бракованности».

— К новым открытиям я, кажется, уже привыкла, — пробормотала я, чувствуя лёгкое головокружение от всего произошедшего, словно меня только что вытащили из водоворота событий. — Главное, чтобы они не включали в себя превращение в жабу или танцующего кролика. Ну, или чтобы хотя бы мой жених не превратился в оборотня в самый неподходящий момент.

Магистр Эларион усмехнулся, и в его глазах заблестели знакомые искорки юмора.

— Боюсь, Анабель, что с твоей магией превращения в танцующих кроликов — это ещё самое безобидное, что может произойти. Но пока что тебе стоит сосредоточиться на более важных вещах.

Луциан медленно открыл глаза и посмотрел на меня. Сначала его взгляд был туманным, рассеянным, но постепенно в нём появилась осознанность. В его бирюзовых глазах, которые я так любила, я увидела не боль и не страх, а какую-то невероятную, всепоглощающую нежность, которая заставила моё сердце забиться быстрее. Он медленно поднялся, опираясь на локоть, и улыбнулся. Его улыбка была слабой, но такой искренней, такой родной.

— Анабель… — прошептал он, и его голос был хриплым от усталости, но таким родным, таким любимым. — Я… всё ещё маг или уже волк?

— Ты всё ещё мой маг, Луциан, — ответила я, чувствуя, как по щекам катятся горячие слёзы.

Он с удивлением посмотрел на свою руку, где раньше была рана, потом перевёл взгляд на Магистра Элариона.

— Я помню укус… помню боль… как это возможно? — Его голос дрожал от изумления.

— Твоя невеста спасла тебя, — мягко ответил Магистр. — Её магия, в сочетании с моей, смогла полностью очистить твою кровь от проклятия оборотня. Ты исцелён. Полностью.

Луциан протянул руку, и я вложила свою ладонь в его. Его пальцы были тёплыми, сильными, и в этот момент, когда наши ладони соединились, я почувствовала странное покалывание — словно между нами проскочила искра. В этот момент, когда наши ладони соединились, я поняла, что люблю его. Люблю по-настоящему, без всяких пари, без всяких условностей, без всяких масок. Просто люблю. Это было так просто. Так ясно. Так невероятно.

— Анабель, — прошептал он, сжимая мою руку. — Прости меня. За всё. За пари, за унижения, за то, что я был слепцом. Я… я думал, что знаю, что такое любовь, но оказалось, что понятия не имел.

— Тише, — я прижала палец к его губам. — Всё в прошлом. Важно только то, что происходит сейчас.

— Кажется, вы оба наконец-то поняли, что не можете друг без друга, — произнёс Магистр Эларион, и мы вздрогнули, снова увидев перед собой величественную фигуру древнего мага. Его голос был глубоким и мелодичным, как древняя песнь. — Что ж, это прекрасно. Но у нас есть ещё одно дело. Важное дело.

Мы удивлённо посмотрели на него. Особенно был удивлён Луциан, который, кажется, всё ещё не мог поверить в то, что видит.

— Ректор?… О, боги, серьёзно? Твой кот, с которым ты вечно разговариваешь? Тот самый легендарный Ректор, которого никто не видел? — Луциан покачал головой, словно пытаясь привести мысли в порядок. — И как долго ты за нами наблюдал?

— С самого начала, молодой Дрейвентор, — ответил Магистр с лёгкой улыбкой. — Твоё пари, твоя гордыня, твоё падение и, наконец, твоё прозрение. Всё это было частью твоего пути.

— Какое дело? — спросила я, чувствуя лёгкое предвкушение. После всего, что произошло, я уже была готова к любым сюрпризам.