Вечерняя прогулка с Луцианом прошла в неожиданно приятной атмосфере. Он был вежлив и внимателен, а я чувствовала себя гораздо раскованнее, чем в прошлый раз. Мы разговаривали обо всем на свете, и я заметила, что его действительно интересует мое мнение.

Но, несмотря на это, я не забывала о пари. Я знала, что его внимание — это всего лишь часть игры. Но теперь я тоже играла. И моя цель была не просто отомстить. Я хотела доказать ему и всем остальным, что размер не имеет значения. Что настоящая привлекательность — это уверенность в себе и внутренняя сила. И не всегда, даже если хочешь, можешь похудеть. Как считают худые швабры…Да-да-да, если Я Толстопопкина, то они худые швабры! Все, кто относятся высокомерно к пышным формам.

— Плюс пятьдесят калорий за успешно проведенную прогулку без иллюзий, — одобрительно промурлыкал Корнелиус. — И минус ноль за принятие себя такой, какая есть. Кажется, ты наконец-то на правильном пути.

— Возможно, ты прав, Корнелиус, — улыбнулась я. — Но это не значит, что я откажусь от плана мести. Просто теперь моя месть будет… более зрелой. И гораздо более болезненной для Луциана Дрейвентора. Ведь нет ничего хуже, чем понять, что ты недооценил своего противника. А он еще узнает, на что способна ведьма весом в 120 килограммов, которая наконец-то поверила в себя.

Но все же желание как-то подтянуть свои телеса у меня не пропало. Нет, не то чтобы я внезапно воспылала желанием влезть в платье на пару размеров меньше ради этого самовлюбленного осла. Скорее, мне просто захотелось доказать самой себе, что я могу быть… более ловкой и энергичной.

— Плюс двадцать калорий за очередное внезапное желание заняться спортом, — скептически прокомментировал Корнелиус, наблюдая, как я пытаюсь натянуть на себя спортивную форму, которая явно была рассчитана на кого-то… менее объемного. — И минус тысяча за наивность. Ты же помнишь свою последнюю попытку подружиться с беговой дорожкой?

— Заткнись, кот, — пробурчала я, наконец-то справившись с непокорной молнией на куртке. — На этот раз я буду использовать магию с умом.

И вот, полная решимости, я снова отправилась в спортзал Академии. На этот раз я решила не связываться с коварными тренажерами, а попробовать что-нибудь более… магическое. Например, заклинание легкости.

Найдя свободный уголок, я достала палочку и попыталась вспомнить все, что профессор Грималкинс говорил об этом заклинании. Кажется, нужно было представить себя легкой, как перышко, и произнести определенные слова.

Я закрыла глаза, глубоко вздохнула и попыталась представить себя… ну, хотя бы не такой тяжелой, как чугунная гиря. Произнесла заклинание.

И… ничего не произошло. Я по-прежнему чувствовала себя как тот самый чугунный снаряд.

— Плюс десять калорий за неудачную попытку стать невесомой, — язвительно прокомментировал Корнелиус, устроившись на скамейке неподалеку. — И минус пятьдесят за разочарование.

Но я не сдавалась. Решив, что одной попытки недостаточно, я попробовала еще раз. На этот раз я представила себя… пушинкой. Легкой, воздушной, невесомой… Произнесла заклинание.

И… снова ничего. Разве что моя мантия слегка приподнялась от дуновения ветра.

— Может быть, мне нужно что-то более… динамичное? — пробормотала я, оглядывая спортзал в поисках вдохновения.

Мой взгляд упал на стойку с гирями. Самая легкая из них весила, наверное, килограмм пятнадцать. «Вот оно!» — подумала я. — «Попробую поднять ее с помощью магии».

Я подошла к стойке, выбрала самую маленькую гирю и направила на нее палочку. «Поднимись!» — мысленно скомандовала я и произнесла заклинание.

Гиря не шелохнулась. Зато…

Внезапно взлетела вся стойка с гирями. Вместе с ней взлетел и несчастный студент, который как раз пытался выбрать себе подходящий вес.

— А-а-а! — разнесся по спортзалу вопль испуганного студента, беспомощно болтающегося под потолком в окружении летающих гирь.

— Плюс двести калорий за создание очередного хаоса, — довольно прокомментировал Корнелиус. — И минус тысяча за полное отсутствие контроля над своей силой. Кажется, ты решила компенсировать недостаток легкости избытком мощи.

Я стояла, разинув рот, и наблюдала за этим сюрреалистическим зрелищем. Гири кружились под потолком, как планеты вокруг солнца, а несчастный студент пытался увернуться от них, как от метеоритов.

— Что мне делать, Корнелиус⁈ — прошептала я в панике.

— Попробуй сказать «отмена плетения»! — посоветовал кот, подавляя смех.