— Враги? — усмехнулась я. — Значит, я на правильном пути. А что касается его гнева… ну, зато теперь он точно не забудет мой подарок. И, возможно, в следующий раз подумает дважды, прежде чем заключать пари на такую «непривлекательную» ведьму. Которая, к тому же, обладает весьма своеобразным чувством юмора.

Вечером, сидя в своей комнате, я чувствовала себя на удивление спокойно. Месть была сладкой, хотя и немного… хулиганской. Но Луциан это заслужил. И теперь, когда он был публично унижен, его самоуверенность наверняка пошатнулась.

Но, несмотря на это, я понимала, что наша игра еще не закончена. Весенний бал приближался, и я знала, что именно там состоится следующий раунд нашего противостояния. И на этот раз я собиралась использовать не только магию и юмор, но и… свое обаяние. Ведь даже ведьма весом в 120 килограммов может быть чертовски привлекательной, особенно если она этого захочет.

Мда мой подарок на день рождения превратил Луциана Дрейвентора в посмешище всей Академии, и он, естественно, пылал ко мне такой ненавистью, что, казалось, мог бы испепелить меня одним взглядом. Он избегал меня, как чумы, бросал на меня ледяные взгляды, полные презрения и ярости, и, по слухам, даже поклялся отомстить мне при первой же возможности. Что ж, я этого и добивалась. Или, по крайней мере, думала, что добивалась.

— Плюс десять калорий за успешно вызванную ненависть аристократа, — мрачно прокомментировал Корнелиус, наблюдая за моими угрюмыми размышлениями. — И минус тысяча за то, что ты выглядишь так, будто сама не рада своему успеху.

— Может быть, и так, — вздохнула я, глядя на букет роз, которые он когда-то мне подарил. Теперь они казались мне не просто символом его лжи, но и напоминанием о той мимолетной надежде, которую я позволила себе испытать.

Несколько дней после инцидента с портретом Луциан действительно меня избегал. Но я замечала, как он исподтишка бросает на меня быстрые, изучающие взгляды. В его бирюзовых глазах больше не было той надменной уверенности, которую я привыкла видеть. Вместо этого там мелькало что-то похожее на… замешательство? Или даже… растерянность?

Его друзья, Теодор и Кристофер, наоборот, не упускали случая, чтобы подколоть меня или бросить в мой адрес язвительное замечание. Они явно были недовольны тем, что я так «недостойно» обошлась с их драгоценным принцем.

Однажды, проходя мимо их компании в коридоре, я услышала обрывок их разговора.

— Ты должен что-то сделать с этой Лунариус, Луциан, — настаивал Теодор. — Она просто выходит за все рамки!

— Да, ты же не можешь позволить ей так себя вести, — поддержал его Кристофер. — Она позорит тебя на всю Академию!

Луциан молчал, нахмурившись и скрестив руки на груди.

— Я знаю, — наконец пробормотал он. — Но… я не уверен, что знаю, как поступить.

Его ответ меня удивил. Неужели он действительно сомневается? Неужели его ненависть не настолько сильна, как он пытается показать?

— Ты же просто должен ее проучить, Луциан, — нетерпеливо сказал Теодор. — Напомнить ей ее место.

— Ее место? — с какой-то странной горечью переспросил Луциан. — А где ее место, по-твоему? В тени твоей и моей славы?

Теодор и Кристофер переглянулись в недоумении.

— Ну… да, наверное, — неуверенно ответил Теодор. — просто осади ее. Пусть не думает, что может унижать тебя безнаказанно.

Луциан вздохнул и отвернулся.

— Я подумаю над этим, — бросил он через плечо и пошел прочь, оставив своих друзей в полном замешательстве.

Этот разговор заставил меня задуматься. Может быть, за всей этой ледяной маской действительно скрывается что-то еще? Может быть, моя месть заставила его не только разозлиться, но и… переосмыслить что-то?

Но тут же я одернула себя. Не стоит строить иллюзий. Он все еще ненавидит меня. Он все еще хочет выиграть свое дурацкое пари. Просто, возможно, он впервые столкнулся с тем, что его обычные методы воздействия на людей не работают со мной.

Тем не менее, я заметила, что Луциан стал чаще на меня смотреть. Его взгляды больше не были полны лишь презрения и ненависти. В них появилось что-то новое. Что-то… изучающее? Иногда мне даже казалось, что в его бирюзовых глазах мелькает… любопытство.

Однажды, когда я сидела в библиотеке, пытаясь сосредоточиться на учебнике по защитной магии (после того случая с летающими гирями профессор МакГрегор настоятельно рекомендовал мне уделить этому предмету особое внимание), я почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняв глаза, я увидела Луциана. Он стоял неподалеку, у одной из книжных полок, и смотрел прямо на меня.