Эйден лежал на смятой постели. Его всегда смуглое лицо сейчас стало пепельно-серым, а по скулам, шее и обнажённой груди в тусклом свете луны стремительно расползалась блестящая корка льда. Он судорожно, со свистом втягивал воздух, словно каждый вдох давался ему с неимоверным трудом.

Самый могущественный дракон в королевстве прямо сейчас умирал у меня на глазах.

— Эйден! — мой голос мне самой показался жалким писком.

Не помню, как оказалась рядом. Мной двигали инстинкты целителя и какой-то ненормальный женский страх потерять его.

Мои ладони легли на его широкую грудь. Кожа под пальцами оказалась такой обжигающе ледяной, что я едва не отдёрнула руки, но заставила себя прижать их сильнее.

— Только не умирай. Слышишь? Не сейчас, — отчаянно шептала я, чувствуя, как от отчаяния по щекам уже бегут слёзы. — Ты же огненный дракон! Ты не можешь вот так просто замёрзнуть! А ну, не смей сдаваться! Слышишь?

Я закрыла глаза и без остатка выпустила свой магический резерв, направляя всю мощь дара жизни прямо в его замерзающее сердце.

Моя магия полилась широким золотистым потоком, но лёд внутри Эйдена и не думал сдавать позиций. Потому что это не было льдом в прямом смысле, вокруг его сердца клубилась концентрированная ледяная магия.

Моя магия жизни не могла пробиться сквозь эту холодную толщу, которая с каждой секундой становилась всё плотнее, сжимаясь смертельным коконом вокруг его сердца.

Всё равно, что пёрышком пытаться раскопать песчаную дюну.

Я вгляделась в эту силу внимательнее. Изнутри она была похожа на рваный клубок, состоящий из множества тонких, спутанных нитей, торчащих в разные стороны. Осторожно потянула одну из них на себя — и она неожиданно поддалась. Вторую... Та тоже легко отделилась и перетекла из Эйдена в меня, больно обжигая холодом.

Получается, я смогу забрать хотя бы часть этой ледяной силы?

Это было опасно, но ничего другого в голову не приходило, а действовать нужно было немедленно.

И я решительно потянула эту смертоносную стужу. Меня словно швырнули в прорубь. Выжигающий живое тепло мороз хлынул по венам, проникая в каждую даже самую маленькую частичку меня.

У меня перехватило дыхание, я не могла закричать, чтобы позвать на помощь.

Нужно было немедленно разорвать контакт. Лёд мог прямо сейчас убить нас обоих, но я уже не могла остановиться. Ледяная магия, словно почуяв новую жертву, стремительно перетекала в меня, проникая все глубже.

И в этот момент магия жизни, которая все также свободно лилась в Эйдена наконец-то добралась до его сердца. И я с изумлением увидела, как начала розоветь его кожа.

Все получается. Значит, я всё делаю правильно.

Я тянула и тянула на себя эту ледяную магию, надеясь только на одно: я же маг жизни, я выдержу, я смогу. Пальцы онемели, губы перестали слушаться. А потом я вдруг я поняла, что больше не чувствую собственных ног.

Последнее, что я успела почувствовать перед тем, как окончательно потерять сознание, — это ровный, сильный удар сердца Эйдена.

А затем я провалилась в бездушную тьму. Я спала и не спала одновременно. Плыла где-то глубоко под толщей ледяной воды, медленно качаясь на холодных волнах, и сама уже начинала казаться себе этой водой.

Меня кто-то звал по имени. Издалека – звук сквозь толщу воды проникал очень плохо. Чьи-то сильные руки держали меня. Это было так необычно.

— Вивьена! Что ты наделала! - это был какой-то полузнакомый мужской голос. Странно, обычно так на меня ругалась тетка. – Девочка моя, давай…

Я вдруг поняла, что слышу голос Эйдена. Он звучал глухо, надломлено, но в нём всё равно проскальзывала жёсткая командирская сталь, будто приказом можно было отогнать смерть.

Я с трудом открыла глаза, но ничего не чувствовала. Я хотела сказать ему, что всё хорошо, что я справилась, но из горла вырвался лишь выдох.

Моё тело сотрясала крупная дрожь.

Эйден прижал меня к себе, стиснув так крепко, что выдавил из меня последний воздух.

Он был таким обжигающе горячим, после ледяной бездны, в которую я провалилась, что хотелось вжаться в него целиком.

Сквозь тонкую ткань ночной сорочки я чувствовала его широкую грудь, твёрдые мышцы живота, напряжённые руки, сжимающие меня отчаянно сильно, но при этом очень бережно. Его дыхание опаляло мне щёки и шею.

Его обжигающе горячее дыхание опаляло щеки и шею,

Я чувствовала, как горячие искры его магии проникают под кожу, но этого было катастрофически мало. Лёд, который я так щедро втянула в себя, уже почти добрался до моего сердца.

— Слишком медленно! — Отчаянно прорычал он.