Мы постарались стереть все следы пребывания грымзы в приюте, обновили мебель, перекрасили стены, даже окна новые поставили, а главное — присоединили соседнее здание. Теперь просторные светлые помещения готовы принять не просто жильцов, но учеников. Выпускники смогут поступить в престижные академии и занять достойное место в обществе, а не оказаться на улице с крошечным чемоданчиком, как было раньше. Двоих талантливых ребят уже присмотрел Корнан — как только они доучатся, он предложит им места в своей фирме.

Я рада, что все теперь обстоит именно так.

На первом этаже Ида объясняет рабочим, как именно нужно закрепить светильники. Ей до всего есть дело, и очень жаль, что уже через пару недель она оставит нашу контору и перейдет в лавку Бонара.

— А здесь почему опять намусорили? — строго спрашивает она рабочих.

Те испуганно переглядываются — у Иды не забалуешь.

— Давай я уберу, — хватаю метелку и принимаюсь за работу.

Несколько наших учеников-сирот с любопытством выглядывают из коридора в холл — не каждый день увидишь, как леди в мехах и украшениях собственноручно наводит порядок, да еще и так быстро. Ничего, пусть учатся, что нет грязной работы, есть только нерадивые работники.

Закончив подметать, выхожу прогуляться по переулку. Телохранители следуют за мной на почтительном расстоянии. Из-за их постоянного присутствия они стали неотъемлемой частью моей новой жизни. Корнан тоже становится ее частью. Мы понемногу сближаемся, но так легко и непринужденно, что я даже не отдаю себе отчет — дружба это или нечто большее.

Хэйвен пока не предпринимает никаких действий. Я — тоже.

Мы условились, что берем паузу в наших разбирательствах на время, пока решаются все судебные дела с приютом, чтобы не бросить тень на личность заявителя, то есть мою. Но, разумеется, в моих планах подать на развод, как только наладятся дела в школе. И пусть светская хроника мусолит эту новость как угодно, я не оставлю комментариев.

Прогуливаюсь вдоль здания школы и внезапно ловлю себя… на ностальгии! Удивительно, что теперь даже с каким-то умилением вспоминаются холодные вечера в комнатенке под крышей, когда мы с девочками, закутавшись в одеяла, мечтали о свободной жизни.

И ведь мечтали не зря!

Все получилось, а если чего-то не хватает — оно непременно будет. В этом я не сомневаюсь.

— О, Тесс, привет, — лавочник издали машет мне. — Какая видная стала, настоящая леди! Мы все тут про тебя в газете читали, молодец, так держать!

С улыбкой киваю ему и продолжаю свой путь.

Знакомые дома, такой желанный поворот на проспект, куда нас не пускали…

Впереди раскинулся город, который не ждал меня, но все-таки принял. Иду по узким улочкам, мимо витрин с блестящими товарами и уличных артистов, каждый из которых пытается зацепить прохожих своим талантом. Вот так и я — смогла ярко заявить о себе, чтобы достичь того, что сейчас имею. Мир вокруг наполнен звуками и красками, но в сердце все еще остается легкая горечь.

Внезапно рядом останавливается знакомый экипаж, и выскакивает Корнан:

— Тесса! А я как раз еду навестить вас. Как дела в приюте?

— Отлично, — улыбаюсь ему, чувствуя, как день становится лучше. — А что у вас новенького?

— Сегодня вечером опять отбываю по делам, — разводит руками, но затем смотрит на часы: — Но у нас еще целых пять часов! Как насчет того, чтобы вместе пообедать, а потом прогуляться до ратушной площади и попробовать пирожные в новом кафе?

— Прекрасный план, — беру его под руку.

Спустя несколько минут мы оказываемся на площади. Корнан рассказывает о своем новом проекте — вдохновенно, с азартом, как можно рассказывать только о любимом деле. Улыбаюсь ему, ощущая тепло солнца на щеках. Время идет, и я готова впустить что-то новое в свое сердце.

Я готова к переменам, к тому, чего еще не знаю, но что обязательно принесет мне радость.