О таких я даже не слышала. Но и для остальные участников раута, как видно, они тоже не так уж привычны. То и дело кто-то восхищенно протягивает руку, чтобы коснуться шелковистой шкуры животных, и те спокойно, с достоинством принимают ласку.

Рожки есть не у всех — наверное, только у взрослых самцов. Но даже без рожек видно, что это совсем не лошади, настолько они легкие и грациозные.

— Я поставил приличную сумму на него, — Хэйвен указывает на длинноногого вэтли коричнево-золотистой масти. — По всем признакам настоящий победитель.

— А я пока воздержусь от ставок, — глажу восхитительное существо по шелковистой шкуре.

— Скоро первый забег, нужно занять места получше, — Хэйвен предлагает мне локоть, и мы выходим из шатра.

Публика в нетерпении гудит. С наших мест отлично видно все поле с разметкой, и я уже предвкушаю зрелище.

Все рассаживаются, оживленно переговариваются, смеются. То и дело ловлю на себе любопытные взгляды. С момента прибытия в город лорда Виларда не видели ни с кем, а тут вдруг выходит в свет со спутницей. При это не с дочерью какого-нибудь крупного предпринимателя или банкира, а с никому не известной девушкой.

Чувствую, как меня оценивают, делятся предположениями, но напрямую никто не осмеливается подойти и спросить, кто же я. А Хэйвен не спешит представлять меня всем и каждому. Похоже, его забавляет эта интрига.

Краем глаза вижу, как пышно одетая пожилая дама садится рядом с Гиргайлом и начинает расспрашивать его о чем-то. Тот улыбается в усы и односложно отвечает.

От Хэйвена тоже не ускользнул этот маневр. Он наклоняется ко мне и заговорщицки шепчет:

— Готов поспорить, что сейчас речь идет о вас.

— Интересно, какие выводы все в итоге сделают, — задумываюсь, видя, как шевелятся губы любопытной дамы.

Слов отсюда не расслышать, но по губам и выражению лица успеваю прочитать вопрос: «Вы шутите?!»

— Они будут думать то, что им покажется самым пикантным, — усмехается Вилард.

— Могу представить… — вспоминается выступление мадам Гиргайл в пансионе. Мне уже, наверное, все грехи приписали. Но, с другой стороны, меня увидели, заметили и не спускают глаз. А это реклама для моего дела. Значит, я не зря сюда приехала.

Как видно, забег белорогих вэтли — не единственное незабываемое зрелище, ради которого здесь собирается светское общество. Посмотреть и посплетничать — вот главное занятие на таких встречах.

Наконец, объявляют начало забега.

Прекрасные создания выходят из шатров, вызывая в толпе вздохи восхищения. Кажется, это не их ведут на поле, а они сами благосклонно решили составить компанию конюхам.

Звучит сигнал, и в мгновение ока копыта ударяют по утоптанной земле, заставляя вэтли мчаться вдоль трибун, вызывая восторг зрителей. Прижав руки к груди, наблюдаю за прекрасными существами, переживая всем сердцем за каждого…

Кажется, ничего более прекрасного и вместе с тем азартного я никогда не видела.

Гривы вэтли развеваются на ветру, рожки ритмично качаются в такт галопу. Понемногу вэтли растягиваются цепью, расстояние между ними все больше увеличивается. Каждый раз, когда мимо трибун проносится очередной роскошный экземпляр, публика взрывается аплодисментами и криками, поощряя скакать быстрее.

А между тем одни лидеры сменяют других. Молодые горячие вэтли без рожек, резво стартовавшие в начале скачек, уже немного успокоились и начали отставать.

Несколько кругов — и золотистый вэтли, на которого сделал ставку Хэйвен, вырывается вперед. Он делает это так легко, словно мог и раньше всех обогнать, только предпочитал наслаждаться скачкой вместе с остальными, а теперь вспомнил, зачем находится здесь.

Мощный рывок — и он первым пересекает финишную линию.

— Есть! — азартно кричит Хэйвен, размахивая билетиком со ставкой, и на мгновение приобнимает меня свободной рукой. Я тоже взволнована — не каждый день такое увидишь.

Мы вместе радостно кричим в сторону вэтли, но наши крики тонут в общем реве трибун. Вокруг атмосфера праздника, и мне совсем не хочется, чтобы все так быстро заканчивалось.

Вэтли уводят обратно в шатры, а публика понемногу расходится с трибун — кто-то идет получать выигрыш, кто-то — заедать и запивать проигрыш в буфет, расположенный в одном из шатров.

— А теперь познакомлю вас с хозяином усадьбы, — говорит Хэйвен, как только получает свой выигрыш.

Я бы лучше с удовольствием перекусила, поскольку пропустила обед, но приходится уступить лорду. В конце концов, еще одно полезное знакомство мне не помешает.

Мы проходим за шатры, где элегантный пожилой господин задумчиво стоит над большими корытами, в которые насыпано какое-то зерно.

— О, Хэйвен, рад видеть, — оживляется он. — Как ваши дела? Не прогадали?