— Как скажешь, — киваю, будто это само собой подразумевалось. После работы в доме Гиргайлов меня сложно впечатлить роскошными нарядами, уж их-то я насмотрелась. Но еще одно дорогое красивое платье мне не помешает.

Хэйвен высаживает меня у дверей конторы, целуя руку на прощанье. По факту он не нарушает ничего из прежних договоренностей. Но иногда даже поцелуй в губы несет меньше страсти и желания, чем это мимолетное чувственное прикосновение к моей ладони. Меня словно окатывает горячей волной, даже голова начинает немного кружиться.

— До послезавтра, — и экипаж быстро исчезает вдали.

Рабочий день уже окончен, и все девочки давно в конторе. Суетятся, готовят ужин. А в уголке сидит Бонар и влюбленными глазами смотрит на Иду. Забавная парочка складывается: крупная Ида выше его на полголовы, но при этом вместе они выглядят довольно симпатично.

— Как съездили? — сразу подскакивает с расспросами Молли.

— Отлично! Много всего успели, потом расскажу, — отмахиваюсь и начинаю помогать девочкам.

Ужинаем мы весело, обсуждаем новые заказы и местные сплетни. А затем приходит время подниматься в квартиру.

— Ханни, можешь помочь? — окликиваю подругу на пороге.

Оставшись вдвоем, садимся за стол, и я достаю из сумки перстень.

— Сможешь почистить своими приемчиками для люстр и фужеров?

— Ох, какая тонкая работа, — Ханни осторожно осматривает драгоценность. — Не испортить бы. Это лорд подарил?

— Нет, что ты! Сама нашла. Поэтому не могу нести к ювелиру — вдруг он краденый?

— Действительно, тогда лучше никому не показывать, — соглашается Ханни, протирая пальцем вензеля. — Знаю! Можно попробовать одним средством…

Она берет флакончик из наших самодельных запасов и, немного смочив салфетку, проводит уголком по мутной патине на металле. Тотчас ярко вспыхивают вензеля. Даже эмблема мастера видна.

— Красота-то какая… — шепчет Ханни, любуясь перстнем. — Он наверняка стоит сумасшедших денег…

— Знать бы точно, можно ли его продать, — вздыхаю я.

Но в сложной паутине нитей даже буквы не разобрать. А мое чутье на магический след на этот раз упрямо молчит. Ни малейшего намека.

— А что Вилард? — вдруг вспоминает Ханни. — Он таки выкупил тебе дом?

— Как и обещал, — киваю с улыбкой. — И добился моего согласия встречаться с ним. Сложно отказать, когда так настаивают!

— Так вы теперь… вроде как пара? — заинтересованно уточняет Ханни. — Вот мегера взбесится, что он не с ее дочкой роман закрутил!

— Пара или нет — посмотрим, — уклончиво отвечаю, поскольку и сама ни в чем не уверена.

Мне нравится, как все складывается. Я ничего конкретного не обещала. Хэйвен сильный противник, однако теперь мы играем на равных. Но почему-то в глубине души шевелится совестливое воспоминание о Корнане…

Вчера был суматошный день: я выставила дом на продажу, отвезла перстень на хранение в банковскую ячейку и посетила ателье мэтра Фарнара, где мне сшили восхитительное вечернее платье глубокого изумрудного цвета (записали, разумеется, на счет Хэйвена).

Чувство, что я влипаю все глубже в сложные отношения с расчетливым лордом, не оставляет меня. Но когда остается так немного до настоящего большого успеха — все средства хороши.

Девочки весь день работали на новом заказе и прекрасно справились — хозяин дома, в котором они убирали, даже заплатил им чаевые.

Сегодня я решила устроить им выходной и отправить в парк развлечений с волшебными каруселями и парящими лодками. Хотелось бы и самой посмотреть на эти чудеса, но некогда — мне нужно готовиться к новому свиданию с Хэйвеном.

Ида ушла пить чай к Бонару в лавку. В последнее время они часто проводят время вдвоем, и остальные девчонки уже перешептываются, что дело идет к помолвке.

Николетта отправилась на рынок за свежими овощами и зеленью. Она с удовольствием взяла обязанность покупать еду на себя и прекрасно справляется с ней.

Ханни валяется на кровати и читает газету, озвучивая вслух самые интересные события и сплетни. Она увлеклась светской жизнью и не прочь тоже найти себе какого-нибудь состоятельного ухажера, но пока просто не представляется случая сделать это.

Молли помогает мне с прической, когда в дверь стучат.

Ханни проворно поднимается и отпирает, чтобы не отвлекать нас от прически. На пороге посыльный:

— Добрый день! Лично в руки Тессе Ландлей!

— Давайте сюда, — Ханни протягивает руку, но посыльный отступает:

— Вы Тесса Ландлей?

— Нет, вон она.

— Сказано «лично в руки», — возражает посыльный.

— Ладно, давайте сюда, — подхожу и забираю изящно упакованный в дорогую оберточную бумагу маленький сверток. — Расписаться нужно?

— Нет, спасибо, — посыльный мнется, видимо, рассчитывает на дополнительное вознаграждение.

Нахожу монетку в кошельке, протягиваю ему.