— О, у нас самые разнообразные услуги по уборке, — отвечаю, словно не заметила намека. — От пола до потолка не останется ни пылинки, ни магического следа, о чем просят некоторые заказчики. А в последнее время данный вид услуг пользуется спросом. Уборка после ремонта также нами освоена. Знаете, тут столько нюансов, — и я с азартом начинаю перечислять: — Вынос строительного мусора, мытье окон от налета, удаление пыли с различных поверхностей, сильных загрязнений, мытье полов, чистка мебели, мытье люстр…

— О, как интересно, — с наигранным восторгом произносит леди Ромс и, снова переглянувшись с подругой, спрашивает: — Из-за такого необычного рода занятий вокруг вас, наверное, толпы поклонников?

«Пора бы тебе перестать совать свой крысячий нос куда не следует», — думаю я, но вслух завершаю свой рассказ очень неожиданно:

— Кстати, пятно на вашем жакете… вот это, — указываю на небольшое желтоватое пятнышко на боку, вероятно, ускользнувшее от придирчивых глаз леди, когда она готовилась к рауту, — …его можно вывести в два счета, если использовать одно из моих новых средств.

— О, нет, — бормочет леди Ромс, прикрывая жакет веером, — я же велела горничной его вывести… вот негодяйка!

— Полагаю, у вашей горничной нет средств для выведения такого типа пятен, — обстоятельно продолжаю я свою атаку. — Насколько мне известно, подобные следы оставляет жир болотного накамуса.

Говорю это не наобум — после той неприятности с мебелью, что случилась в конторе Дорта, я тщательно изучила все свойства этого злополучного жира. Так что я теперь почти эксперт в данном вопросе!

— Даже не слышала о таком, — отвечает леди Ромс, но почему-то бледнеет.

— Ну как же, наверняка слышали, просто забыли, — я уже откровенно веселюсь, потому что понимаю, куда может свернуть разговор. — Его используют для полировки дорогой мебели. Ах да, забыла! Еще иногда применяют как косметическое средство, чтобы скрыть отеки на лице наутро после… как бы это назвать… — делаю паузу и вижу, что попала в точку. — После избыточных возлияний. Но уверена, что в вашем случае, леди Ромс, проблема именно в новой мебели.

— Да, я недавно купила новое кресло в свою комнату, — подхватывает та. — Видимо, полировка совсем свежая!

Но по заинтересованным взглядам окружающих вижу, что новая сочная сплетня о том, что леди Ромс по вечерам втихаря напивается, скоро облетит все светские салоны.

Ловлю на себе взгляд хозяйки дома — уже не столь снисходительный. В нем кроется опасение, как бы не увидела и не озвучила лишнего и в ее владениях.

— Кстати, при проведении уборки по желанию хозяина вписывается пункт о полной конфиденциальности, — вполголоса уточняю лично для нее.

Та переводит дух, кидая опасливый взгляд в сторону дома. У всех есть свои секреты, делиться которыми они очень не хотели бы.

— Знаете, милая Тесса, пожалуй, я поговорю с супругом о том, что было бы неплохо сделать заказ, — в голосе леди Нермири слышатся нотки, напоминающие заискивание. — Ваша фирма возьмется за такой большой дом?

— Было бы приятно продемонстрировать таким элитным заказчикам весь спектр наших услуг, — дипломатично отвечаю я и наконец-то вижу, как Хэйвен, переговорив с хозяином дома, возвращается к нам.

Но на середине пути, в том самом месте, где обрывается бордюр из кустарника, его перехватывает все та же Реджина…

Разговор между Хэйвеном и Реджиной происходит очень короткий.

Насколько могу прочитать по губам, она спрашивает его, когда же он… а вот что именно он должен сделать, разобрать не успеваю. Реджина цедит слова сквозь зубы и выглядит при этом очень рассерженной.

С Хэйвеном все намного проще, по его губам я читать уже умею. Он жестко и четко произносит:

— Я же просил тебя не приходить сегодня!

Реджина что-то бормочет в ответ и, резко отвернувшись, быстро уходит к беседке с гордо поднятой головой.

А Хейвен оборачивается и видит, что я наблюдаю за ним. Словно застигнутый на чем-то нехорошем, он бросает быстрый взгляд в сторону Реджины и идет ко мне.

— Что она хотела, эта дама? — будто невзначай осведомляюсь, беря под руку Хэйвена. — Мне показалось, она расстроена.

Хэйвен на мгновение стискивает челюсти, а потом выдыхает:

— Давай позже поговорим. Это… человек из прошлого.

— Какое богатое и разнообразное прошлое у некоторых людей, — не удержавшись от едкого замечания, наблюдаю, как меняется в лице мой спутник. — Что, бывшая любовница? Неприятно рассказывать?

Вопросы неуместные и неудобные. Хэйвену они сильно не нравятся. Но ничего поделать с собой не могу.

Потому что мне неприятно видеть, как какая-то женщина (пусть даже из высшего общества) пытается приказывать лорду, пламенно клянущемуся в чувствах ко мне. Словно двойное дно на мгновение показалось под толщей воды, а затем снова исчезло в глубине пруда.