- И где ты был все это время? – спросила Полина, чтобы не молчать.

- В Тенселе. Это заброшенный замок, - ответил Джилиан, старательно счищая щеткой пыль и мусор со штанов. – Недалеко. Спасибо, Тар. Если ты и был виноват передо мной, искупил это многократно.

- Да не за что. – Полина отвернулась к окну, сделав вид, будто там происходит что-то интересное. – Ну… почти не за что. Послушай, Джил, я вот что хо… хотел сказать. Точнее, попросить. Когда все это закончится, отпусти меня.

- Куда? – хмыкнул он. – В Муфлану?

- Смеешься? Куда-нибудь… не знаю. Подальше от столицы.

Просить о материальном вознаграждении, а тем более содержании было… неловко. Она и не просила – в надежде, что догадается сам. Учитывая, что у нее даже трусов запасных нет.

- Ты правда этого хочешь?

Полина обернулась через плечо и успела поймать на его лице сложную смесь облегчения, разочарования, досады и еще чего-то нечитаемого. Впрочем, Джилиан тут же спрятал этот коктейль за деланным безразличием.

- Да, хочу, - кивнула она. – Во-первых, я не смогу долго изображать парня, ты прекрасно это понимаешь. А во-вторых… Джил, я видел, как ты на меня смотришь. Ты хочешь эту девку, а я ничем не могу помочь. Потому что я мужик.

- Проклятье, да! – Джилиан треснул кулаком по стене и поморщился от боли. – Ты прав, Тар. Тебе и правда лучше будет уехать. Мы это обсудим. Позже.

Полина закусила губу до крови. Это было всего лишь ее предположение – но Джилиан прямо и недвусмысленно подтвердил его.

И на фига, собственно, эти звездочки – если от них никакого толку?

На пару минут пришло облегчение – как всегда, когда не остается неясностей. Но потом накрыло тоской.

Джилиан сидел в кресле и смотрел на огонь в камине. Полина стояла у окна, разглядывая жухлые цветы в палисаднике.

С чего меня вдруг так расперло, думала она. Все ведь… может, и не особо хорошо, но и не ужас как плохо. Все живы. Джилиан согласился, что ей лучше уехать. Осталось дождаться известия, что Алифран низложен и арестован, а Джилиан снова игремон.

- Джил, а что ты будешь делать, если все провалится? – спросила Полина. – Ну мало ли вдруг? Есть у тебя запасной план на такой вариант?

- Есть, - мрачно ответил тот. – Тиккер унесет меня куда подальше.

- В Муфлану?

- Нет. Еще дальше. За границу.

- И ты просто будешь там жить? Смиришься?

- Кто тебе сказал? – Джилиан сощурился по-волчьи. – Главное – чтобы не смирились мои люди. Те, кто будут готовить мое возвращение. Ну а тебе придется выбрать – отправиться со мной или остаться здесь.

- С тобой?– Полина присела на подоконник. – В качестве кого?

- Ну уж точно не подруги. В качестве телохранителя. Там никому не будет дела, мужик меня охраняет или баба.

- Это не самая лучшая идея.

- Возможно, - не стал спорить Джилиан. – Но я не настаиваю. Выбор за тобой.

Что хрен, что по лбу, подвела итог Полина. Нет уж, такого изысканного мазохизма ей точно не надо. Так что лучше пусть Грумайт постарается вернуть все взад.

И тут же промелькнуло соблазнительно сладкое, как яд змея-искусителя: а может, рассказать всю правду? Ну да, спалит Маргуля, но тот ведь действительно облажался при воскрешении. А Тиккеру всего говорить не обязательно.

И тут же встрепенулся здравый смысл. И вывесил табличку сарказма.

Ну допустим, сказал он. А дальше что? Даже если Джилиан простит этот обман и порадуется, что его тянет к натуральной стопроцентной девке, это ровным счетом ничего не значит. Скорее, наоборот. Полечка, ты хоть телом и молоденькая девочка, девственница даже, но головой-то пожилая дама. Тебе правда нужен мальчишка, для которого будешь просто одной из многих? Лучше к генералу присмотрись. Старый конь борозды не испортит, а он, тем более, не так уж и стар.

Он был прав, собака, стопроцентно прав. Вот только к Джилиану ее тоже тянуло, а Грумайт был всего лишь симпатичен, не более того. Глупые гормоны брали верх над разумом. Гормоны и должны быть такими – глупыми. Чтобы люди не вымерли.

Нет, никаких сакраментальных признаний, Полечка. Пусть все идет как идет.

Если до этого ей казалось, что время тянется невыносимо, теперь оно и вовсе остановилось. Однако тиканье часов и нервные прыжки стрелки это опровергали. Да и солнце поднималось все выше. Когда пробило полдень, они с Джилианом посмотрели друг на друга. На дворцовой площади именно сейчас должен был начаться парад. В ближайший час все решится – и их судьбы, и судьба все страны.

Вот сейчас гвардейцы и воины столичного гарнизона выходят на площадь, чтобы пройти маршем перед высшей знатью во главе с игремоном. Войска четырех генералов закрыли проходы на окрестные улицы, окружив их со всех сторон. По условному сигналу они одновременно двинутся вперед, подавят сопротивление и схватят Алифрана сотоварищи.