- Прошу прощения, игер Тарион. Вы должны были вернуться вот в это, - он показал на мужчину, лежащего на соседнем столе. – Но энергии сложились таким образом, что…

Ага, энергии. Это ты, опарыш, кому-нибудь другому будешь вливать про энергии. Нашел кому врать. Я таких, как ты, за версту чую. Ты, судя по всему, жалкий маг-недоучка. И души перепутал, и тела. И теперь трясешься, как овечий хвост, потому что прилетит тебе за этот факап по полной программе.

Егоровна улыбнулась своей коронной улыбочкой, от которой самые отмороженные малолетние гопники едва ли не писались в штаны.

- Про энергии, которые сложились не туда, можешь рассказывать игремону, Маргуль. – Егоровна села, прикрыв грудь простыней. – Это твой косяк, мальчик, так что…- Да, мой. – Некромант ощерился, как загнанная в угол крыса. – Но исправлять его нам придется вместе, игер Тарион. Предлагаю вам сделку.

- Сделку? – удивилась Егоровна. – Какую еще сделку, малыш? Ты облажался дважды. Во-первых, нарушил закон, пусть даже и по приказу игремона. А во-вторых, ошибся с телом и загнал мою душу не туда. Я тоже могу предложить тебе сделку. Ты сейчас достанешь мне одежду и поможешь выйти отсюда, а я, так и быть, никому не скажу, что ты накосячил.

- Ну уж нет! – Маргуль набычился, как капризный малыш в песочнице. – Так не пойдет. Мне было велено вернуть вашу душу, игер Тарион. Вернуть и доставить во дворец. Если я этого не сделаю, значит, я мошенник. И отправлюсь в тюрьму. Получается, мне гнить за решеткой, а вы будете разгуливать в бабском теле? Не пойдет. Конечно, заставить вас я не могу. Но если не согласитесь добровольно, тогда просто отправлю вашу душу обратно. Уж лучше в тюрьму на пару лет, чем вечное изгнание и запрет заниматься магией.

Егоровна задумалась.

Блефует парень или нет? Сомнительно, что он может отправить ее душу туда, где положено обитать всем порядочным умершим, но мало ли. Это не тот случай, когда не проверишь – не узнаешь. Ставить на карту полученную дуром вторую жизнь не хотелось. Такой джек-пот удается сорвать… да ну, никому не удается, и отказаться от него может только законченный идиот.

- Еще раз по буквам, пожалуйста, - сказала она. – Ты хочешь привести меня во дворец в этом теле и убедить игремона, что я – Тарион? Что вот эта вот тощая девка – его телохранитель?

- Да, именно так, - кивнул некромант. – Скажу, что это тело оказалось единственным, в которое могла вернуться душа. А дальше пусть игремон сам решает, что с вами делать. Может, оставит при себе. Может, отпустить жить дальше девкину жизнь. Или вообще прикажет вернуть все как было. В морг.

Угу, доктор сказал: «в морг», значит, в морг.

Егоровна прислушалась к своей интуиции, которая редко подводила – если, конечно, она следовала ее указаниям. Все-таки блеф или нет? Интуиция угрюмо молчала.

- Хорошо, - сдалась она. – Валяй. Только вот какая засада, парень. Девкина память зацепилась за тело и мешает мне вспомнить свою жизнь. Из ее жизни что-то помню, из своей – почти ничего. Поэтому тебе придется рассказать обо всем, что мне необходимо знать – о себе самом.

- Но… я не был настолько хорошо знаком с вами, игер Тарион, - растерялся Маргуль.

- Хотя бы то, о чем известно всем. Если игремон поймет, что я не помню совсем ничего, он сразу заподозрит нас с тобой в преступном сговоре и обмане. Ты этого хочешь? Погоди, ты ведь некромант? Значит, должен разговаривать с духами умерших. Я умер, обратись к моему духу и спроси о чем-то таком, что могу знать только я и никто другой. Но не обо мне, а об игремоне. Это и будет доказательством для него, что я – это я.

Дура ты старая, сказал Егоровне здравый смысл, ты чего творишь? Совсем из ума выжила? Настоящий дух Тариона сейчас тебя заложит - и все.

Не ссать, огрызнулась Егоровна, которая где-то читала, что вызванные духи сами по себе разговаривать не могут, только на вопросы отвечать. Нам нужен убойный факт. Телохранитель должен все знать об охраняемом теле. Может, у этого самого игремона одного яйца не хватает или на жопе тату неприличное.

Это, скорее, камердинер должен знать, а не личник, не сдавался здравый смысл.

Ой, все, отмахнулась Егоровна, отстань уже.

Длинный язык тебя погубит, не удержался напоследок здравый смысл.

Маргуль тем временем напружинился, как кот в лотке, и что-то зашептал себе под нос. Егоровна на всякий случай закатила глаза и обмякла, изображая тело, испустившее дух.

Через энное количество прошедшего времени некромант гнусно хихикнул.

- Ваш дух, игер Тарион, сказал, что в возрасте восьми лет вы с игремоном из-за кустов задирали длинными ветками юбки придворных дам, чтобы посмотреть какого цвета у них панталоны.

- А ты не врешь? – засомневалась Егоровна. – Правда дух так сказал?

- Ну подумайте сами, игер Тарион, - возмутился Маргуль. – Какой смысл мне врать? В моих интересах, чтобы игремон поверил.