Он активно ее бесил. Так и захотелось навалять – и чтобы за это ничего не было.

Ну так почему бы и нет?

- Может, потренируемся? – спросила небрежно. – Мне нужно навыки восстанавливать. Я-то помню, как надо, а вот это тело?

- Пострелять? На мечах побиться? Побороться?

Ой, только не на мечах. Пострелять не мешало бы, конечно, но лучше все-таки закрепить перенос. А заодно втащить маленько этому умнику. Уж больно много о себе воображает.

- Побороться.

- Слушай, ну мне как-то… с девкой…

Еще один! Вы что, сговорились, уроды?!

- Девка – твой телохранитель, если не забыл, - ответила Полина сухо. – А вдруг понадобится? Опозорю Муфлану.

- Ну как хочешь, - пожал плечами Джилиан. – Только не плачь, если случайно будет больно.

- Да ты что, издеваешься? – окончательно рассвирепела она. – Это твоя идея была – сделать меня телохранителем в бабском теле.

- Ой, да ладно, ладно, не ори. Идем. Хоть какую-то девку пощупаю. Главное – за ватный крюг не схватиться.

Ну все, мрачно сказала про себя Полина, ты труп, Джил. Главное – не убить тебя случайно.

Пройдя по анфиладе комнат, они оказались…

Ну а что, вполне так спортзал, оценила Полина.

Просторное помещение с высокими потолками и окнами в пол заливал солнечный свет. Одна половина была застлана толстыми кожаными матами, набитыми чем-то упругим, вторая – каким-то шершавым покрытием. Сама Полина фехтованием никогда не занималась, но знала, что скользкие полы – это для него засада.

- Только учти, - сказала она, сняв жилет. – Я ничего не помню. То есть помню, но головой, а не руками.

- Не волнуйся, - насмешливо ответил Джилиан. – Я буду крайне нежен.

- А вот этого не надо! – отрезала Полина. – Только нежностей от мужика мне и не хватало.

Никаких красивостей, никакого ушу-укушу. Но и не на поражение. Представим, что это обычная дворовая драка – навалять друг другу и разойтись в глубоком удовлетворении.

Она начала с той же самой обманки – почесать нос, посмотреть в сторону. А потом без замаха, резко – чтобы сбить с ног. Примитивно, но всегда работало. Не подвело и на этот раз.

Упав на колени, Джилиан вытаращил глаза и тут же уткнулся носом в мат, выдав такой изысканный… мат, что Полина засомневалась: а правда ли это игремон. Впрочем, до государя императора Петра Первого с его знаменитыми загибами он все равно не дотягивал. Как мальчик перед боцманом.

- Чего, больно, что ли? – удивленно спросила она, отпустив его руку из закрута.

Однако расслабляться, памятуя едва не пропущенный удар от Мессима, не стала. И правильно сделала, потому что Джилиан пришел в себя и ответил довольно жестко.

- Забыл, говоришь? – процедил он сквозь зубы, подминая Полину под себя.

Желтые волчьи глаза оказались совсем близко. От острого звериного запаха закружилась голова.

Меньше всего это напоминало любовную возню, однако эротикой сквозило, еще как! И крюг ее противника при полном контакте оказался далеко не ватным. В молодости ей не раз доводилось бороться с мужчинами, и такие конфузы случались. Тогда это служило предметом для зубоскальства – но только не сейчас.

Ничего себе БДСМчик, подумала Полина, взяв его плечо на болевой и выскальзывая из-под него.

- Так рехнуться можно, - пробурчал сердито Джилиан, поднимаясь на ноги. – Тискаешь девку и при этом знаешь, что на самом деле это парень. Но все равно встает. Что за?..

Ох, милок, вздохнула Полина вполне по-старчески, знал бы ты, что внутри девки не парень, а бабка! Тебе бы тогда вообще все шаблоны порвало.

- Это что, - сказала она вслух, уже почти привычным жестом поправляя накладку. – Подумаешь, на девку встало. Хуже, когда машинально стараешься прикрыть яйца, а их нет.

- Ну как бы да, - кивнул Джилиан. – Может, пойдем лучше постреляем?

- Пойдем, - без особого энтузиазма согласилась Полина.

Ты, Светлейшество, хоть и изображаешь крутышку, но если целыми днями то баб щупаешь, то в пистолетики играешь, немудрено, что тебя убрать хотят. Заменить каким-нибудь взрослым серьезным дядей. Нет чтобы государственными делами заняться.

Тир оборудовали в парке, в отдельно стоящем павильоне. Вся эта шкатулочка изнутри была обита чем-то вроде пробки. На одной из стен висели мишени, а на отдалении стояли какие-то упоры – видимо, для тяжелых ружей.

Надо сказать, что оружие Полина любила нежно и страстно. Нет, не как средство убийства, а как… черт, она даже не смогла бы сформулировать, как именно. В общем, оно ей нравилось. Стрелять, разбирать, чистить. Доводилось ли ей убивать людей? К счастью, нет. Но она всегда знала, что, если вдруг понадобится, рука не дрогнет. Например, чтобы спасти себя или кого-то еще.