Почувствовала, что даже дышаться стало как-то легче, инстинктивно помассировала себе щёки. То, что падре ищет в моём доме эльфа, того самого, который угрожал и пытался устроить у меня погром, добралось до сознания значительно позже.

— А ты? — Теобальт придвинулся к Марте.

Деваха вместо того, чтобы испугаться, наоборот сделала шаг к нему навстречу, бойкая. Ох, иногда она меня сильно обескураживает.

— Эльфы дурные, а тот, главный и вовсе что пень трухлявый. Мы их дико не любим и в избу не пускаем, так что зря припёрлись.

Теобальт, на лице которого я впервые заметила тень недоумения, впрочем, которая исчезла столь же быстро как и возникла, повернулся ко мне. Я скрестила руки, задрала голову повыше и повела бровью в знак солидарности со словами подопечной. Чего припёрлись?

Падре молча указал перстом вверх и в сопровождении стражей начал подниматься по лестнице. Что там у меня? Пробежал холодок по спине. Надеюсь ничего крамольного упыри не обнаружат. Скорее бы уже разочаровались, не отыскав Эль-Гламура и убрались восвояси.

Но не успел Теобальт подняться по ступенькам как дал о себе знать Барихан. Из-под печки выкатился клубок чёрного дыма и запульнул деревянным бруском по позвоночнику падре. Тот резко обернулся, но посмотрел почему-то на меня. На меня обернулись и трое следующих за инквизитором стражника. Я взгляд не опустила, но и никаких выраженных эмоций себе не позволила. Падре развернулся и продолжил путь, но на последнем порожке, увесистая деревяшка снова со свистом достигла цели – на этот раз инквизитор получил по шее. И не хило так судя по звуку получил. Снова резко обернулся и посверлив меня ледяным ненавидящим взглядом, вошёл в спальню. Двое стражей поднялись следом, а один остался у входа, контролировать. Ледяной холодок вновь побежал по спине, и я затаила дыхание, продолжая теребить в руке склянку с зельем невидимости. Если собираюсь дёргать куда подальше, сейчас самое время. Когда Теобальт и двое подручных вернутся – будет поздно. Я нервно покосилась на оставшегося стоять стража – держится далеко от двери. Успею прошмыгнуть. Нащупала пальцами пробку на склянке. А что ежели падре и впрямь не по мою душу? Нет, нет, по мою, он просто ввёл меня в заблуждение, как раз того, чтобы я не сбежала. Не будь дурой, Кальва, быстрее, выпей, выпей и беги.

Пальцами откупорила пузырёк и чуть было не уронила его на пол от раздавшегося резкого визга вверху. Даже Барихан на секунду материализовался. А Марта поспешила к лестнице и уже начала взбираться, но оставленный на первом этаже страж перегородил дорогу. А звуки сверху продолжились. И вскоре появились они. Я открыла рот от изумления. По лестнице двое стражников спускали… эльфа! Главаря тех, кто приходил ко мне, на груде коего переливался медальон с надписью «Эль-Гламур Первый», но выглядел он разительно не так, как я его запомнила. Белокурые волосы всклокочены, глаза на выкате, тяжело дышит ртом, одежда замызгана пятнами сажи, будто из трубы влез. Из трубы влез?!

— Но… но… как? — мой голос запинался, я до сих пор не могла поверить собственным глазам.

До объяснений снизошёл один из стражей, схвативших Эль-Гламура.

— Мерзкий колдун прятался на чердаке. Оттуда и этот тошнотворный магический фон, что учуял падре Теобальт. Ну теперича у гадёныша один путь – на шибеницу.

На секунду наши глаза с эльфом встретились. В это мгновение я ощутила на себе его страх и нечто, что неразрывно связывало нас двоих – тайна, за которую в Темнограде отправляют на виселицу, он знал, что и я владею магией. Отчего же он проник в мой дом и прятался на чердаке? Хотел на пакостить или укрыться от преследователей?

— Этот – последний из семерых изуверов, остальные шестеро уже тухнут в узилище[1], - кивнул головой страж, оставленный у двери.

Я содрогнулась от мысли того, насколько проворно и быстро инквизиторы делают свою работу. В моём последующем взгляде на Эля-Гламура должно быть скользнуло сочувствие и немой вопрос – выдаст ли он меня? Эльф разпознал взгляд и слегка наклонил голову. Я поняла жест как нет, не выдаст.

Когда дверь захлопнулась за инквизитором и стражами, волочившими за собой добычу, я вздрогнула всем телом.

— Это что же делаться, сестра? Эльф на чердак у нас ютится. Страж вламываться, забирать и не мы, а тот, что ютится…

Я открыла рот, но ответить было нечего, мне бы самой кто что объяснил, а потому только пожала плечами.

Марта тоже пребывала в крайнем замешательстве, которое она поспешила озвучить:

— Это что ж, каждый хлыщ подзаборный может так запросто врываться в наш дом? А ежели бы он на печку ко мне залез?

Все ненадолго замолчали, обдумывая сложившуюся ситуацию.

— Он твоя выдать, — тихо проговорил Барихан.

— Не выдаст, — покачала я головой.

— Даже если сейчас не собираться, потом – выдать. От сильной боль он и мамка родная выдать…