— Простите, милейшая, а где мы, собственно? — спросила я.

— В моём временном подземном донжоне, — ответила она. — Подземный кортес[1] Министерства. Лесная пригласительная, коль угодно.

Марта стояла столбом, хлопая глазами.

— Вы… та самая?

— Я из трудового запаса, — сухо уточнила Дюймовочка. — С тех пор, как все фейные сюжеты перевели на самоокупаемость, пришлось пойти в службу.

Она вскарабкалась на пень и оттуда взглянула на нас, как инспектор на недооформленные заявительные письмена.

— Итак. Кто вы, откуда, и с какой целью нарушили границы маломерного пространства?

— Я Кальвария, цирюльник из Темнограда. А это моя подопечная, Марта. Мы шли за ягодами, точнее – за земляникой.

— За земляникой, — повторила Дюймовочка с видом, будто я призналась в попытке государственного переворота. — А результат – на ваших глазах.

Она помахала ручкой, и где-то сбоку загорелся крошечный светящийся экран. На нём мелькали схемы, чертежи, какие-то цифры.

— Вот видите: давление почвы упало, баланс корневого массива нарушен, а моя чайная комната пострадала. Это же вакханалия территориальной значимости!

Марта сразу же заскулила:

— Выше земляника ж, за ней и шли, не к тебе, неужто не знаешь что растёт выше, малявка?

— Ага, землянику увидала, да и прыгнула за ней яки дикая белка, — уточнила я.

Дюймовочка сощурилась.

— Земляника – весьма важны ресурс. Министерство регулирует её сбор. У вас лицензия на сборы имеется?

— Есть корзинка, — ответила Марта.

— Не подходит.

Я поняла: спорить бесполезно. Эту крошку не прошибёшь ни чарами, ни жалостью.

— Может, как-нибудь компенсируем ущерб?

— Конечно, — оживилась она. — Я люблю, когда крупные формы жизни предлагают взаимовыгодное сотрудничество.

Она достала крошечный листочек – формуляр, размером с ноготок.

— Вот тут подпись. Вы обязуетесь провести косметический ремонт потолка и оплатить моральный ущерб в виде чашки свежего чая.

Я огляделась – вокруг стояли десятки крошечных чашек.

— Вам какую – большую или маленькую?

— Среднюю. Я же не чудовище, — ответила она серьёзно.

Мы уселись вокруг пня. Дюймовочка ловко управилась с чайником, прыгая по крышке, словно по сцене. Марта всё ещё смотрела на неё как на ожившую игрушку.

— А как вы тут живёте? — не выдержала она.

— Служебное жилье, — пояснила та. — Под землёй дешевле, чем в Бракаре.

— Так вы и правда из Министерства?

— Разумеется. Секретариат межразмерных дел. Мы следим, чтобы миры не перетекали друг в друга без разрешения. А то вот: кто-то проснётся зря, кто-то провалится случайно… потом разгребай.

— Не стоит принимать во внимание случайность, — вставила я.

— Все так говорят, — вздохнула она. — Даже драконы.

Пока она наливала чай, я успела рассмотреть комнату. На стенах – миниатюрные плакаты:

«Соблюдай масштаб, вяленый мухомор!»

«Не ставь кружку на границу миров!»

«Подписывай заявительные письмена вовремя!»

— А у вас тут мило, — сказала я.

— Это не мило, это в соответствии со стандартом, — ответила Дюймовочка.

Марта, как всегда, не могла удержаться:

— А тебе не обидно, что ты как жук, как муха, как комар, как паук, как…

— Маленькая? — уточнила та, оборвав дальнейший поток сравнений. — В Бракаре размер не имеет значения. Это мне сам министр говорил! Главное — подпись.

Мы засмеялись. Даже она улыбнулась — сухо, но по—человечески. Потом случилось неизбежное. Марта, решив «помочь», попыталась подать чай. Взяла крошечную чашку, но пальчики у неё, прямо скажем, массивные и не сказать, что ловкие, в общем чашка улетела прямиком в потолок, где рассыпалась искрами. Дюймовочка побледнела:

— Это был служебный набор для чаепития! Вы осознали, что сейчас натворили?!

— Она всё уплатит! — завопила Марта.

— Оплата в пересчёте на министерские единицы составит… — она принялась строчить что-то в пергаменте. — Две капли росы и один лист берёзы.

Я вытащила из кармана нужное благо, всегда ношу с собой всякое.

— Вот, держите.

Дюймовочка аккуратно пересчитала.

— Сойдёт. Вы удивительно подготовленная. Люблю таких...

— Я же цирюльник, — хмыкнула я. — Мы всё считаем: и волосы, и нервы.

Тут земля дрогнула и сверху послышался гром.

— Это ещё что? — насторожилась Дюймовочка.

— Дождь, — ответила я. — Или Барихан чихнул.

Но тряска усилилась, и с потолка посыпалась земля. Дюймовочка схватилась за чайник, я – за Марту.

— Быстро! В корень! — скомандовала миниатюрная чиновница и ткнула в сторону небольшого туннеля.

Мы втроём протиснулись в корень, скользкий и пахнущий мокрой древесиной.