Он снова смотрит на мои губы, и я непроизвольно провожу по ним языком. Я освежила помаду перед выходом, потратила на этот чертов идеальный красный контур минут десять — не меньше!

Мы легонько чокаемся, делаем по глотку.

Ставим бокалы на место.

— Рассказывайте, — уже совсем другим, акульим тоном приказывает он. — Только сразу все. Любые подробности — я не люблю играть вслепую.

Я немного конфужусь от резкой перемены. Это как завести пуделя и однажды увидеть, как он рвет глотку бойцовскому питбулю.

Но рассказываю всю историю: про знакомство в интернете, про предательство подруги, про работу, которой я жила, и про подлое воровство того, что принадлежало мне по праву.

Не прячу ничего, хоть в какой-то момент, когда речь заходит о Диме, глаза Гарика сверкают недобрым блеском. Я бы сказала, что это немного похоже на ревность, но с чего бы? Одно несостоявшееся свидание — не повод ревновать женщину к другому мужчине.

— Эта парочка украла у меня мечту, — говорю в финале своей истории. — И я хочу отомстить им обоим, лишив их… всего.

Залпом допиваю шампанское. Гарик подливает еще.

Молча пьет свое, маленькими глотками, задумчиво разглядывая что-то несуществующее перед собой.

Переваривает услышанное?

Думает, как ему могла понравится такая сучка?

Радуется, что я не согласилась на то свидание?

— Мне не стыдно за то, что я хочу сделать, — говорю, наверное, нам обоим, а не только ему. — Нельзя прощать, не научив. Люди никогда не поймут, что они творят, пока не прочувствуют все на собственной шкуре.

— Совершенно верно, — неожиданно соглашается Гарик. — Правильно я понимаю, что вы хотите слить вашей подруге какую-то «вкусную» информацию? Чтобы она передала это по назначению, и ваш бывший подставил «Эллипс» достаточно по-крупному? Хотите уничтожить его карьеру под корень, с волчьим билетом?

— Не под корень, — поправляю я. — Вырвать с корнем.

Гарик умный и проницательный.

Совсем не такой простой, как может показаться на первый взгляд.

Я тоже купилась на эти изысканные манеры и красивые глаза.

Он как рыба-удильщик — показывает красивый огонек, скрывая чудовище.

Не факт, что такое же безобидное, как и вот эта идеальная оболочка.

— И почему вы считаете, что в этом деле я — идеальный союзник? — продолжает интересоваться Гарик, хоть я готова спорить на все, что имею — его интересует совсем не этот вопрос.

— Потому что я расплачусь по своим счетам, а вы устраните конкурента. Так, как это будет выгодно вам, — все-таки поясняю, хоть и чувствую себя немного странно. Вроде все это понятно и так, а Гарик точно не из тех тугодумов, которым нужно объяснять по сто раз очевидные вещи и логичные выводы. — Я дам под слив ту информацию, которую вы посчитаете нужным дать. В том виде, в котором это будет выгодно вам.

— Значит, я получаю значительное продвижение на рынок и крупные финансовые выгоды, а вы просто… триумф?

— Значит, так, — передергиваю плечами.

— И вам эта сделка не кажется неравноценной?

— Нет.

— Я думал, — он, наплевав на правила приличия, ставит локоть на стол и небрежно укладывает на него щеку, — вы девушка с амбициями, нацеленная на получение материальной выгоды даже из воздуха.

Ничего не могу поделать с нервным смешком, который против моего желания сам собой выскакивает изо рта.

Хорошенькое же впечатление я произвожу, оказывается.

— Зря вы так, Маша, — как будто читает мои мысли Гарик. — Нет ничего плохого в том, чтобы хотеть взять от жизни лучшее и сделать это в том возрасте, когда плодами этого «лучшего» можно будет насладиться без боли в спине и проблем с печенью. Положа руку на сердце, меня больше пугают люди без амбиций, которым нравиться всю жизнь торчать в одной точке и никуда не развиваться. Что у них в головах, как думаете?

— Другие приоритеты, — не раздумывая, отвечаю я.

— Например? — искренне спрашивает он.

— Покой, домашний очаг, стабильность. — Никогда об этом не думала, так что в какой-то мере этот вопрос застает меня врасплох. Я никогда не видела себя в той своей жизни, когда захочу остановиться в одной точке и пустить корни. Почему-то даже сейчас это будущее кажется слишком далеким. — Семья, муж, дети… Я пока не думала об этом.

Нет смысла юлить перед ним.

Мы же собираемся провернуть злую аферу, а подельника нужно знать и в лицо, и со спины.

— Вы не хотите семью, Маша? Не хотите детей, надежный тыл, мужа, который будет дарить вам цветы на все праздники?

— Не понимаю, почему наш разговор вдруг так круто изменил тему, — честно отвечаю я. — В данный момент замужество не входит в мои планы. Вряд ли в моем окружении найдется мужчина, готовый питаться полуфабрикатами, потому что его жена сутками пропадает на работе. К тому же я не готова терпеть бесконечные вопросы о том, почему спустя месяц замужества я все еще не глубоко беременная женщина.