Я отставляю пострадавшего на самую высокую полку стеллажа, и пока пристраиваю на ветку шелковый бант, Даша успевает выковырять из-под елки бедную Снегурочку и уже вовсю отковыривает с ее кокошника звездочки.

Начальник охраны появляется в гостиной как раз когда я пытаюсь отвоевать у моего Лисенка ее очередную добычу.

— Мария Александровна, с пульта говорят, что приехала Анна Александровна. Говорит, что у нее к вам разговор.

В моей голове даже мысли не возникает, что она нарочно выбрала это время, когда все нормальные люди мирятся и прощают друг другу обиды. Скорее всего, случилось что-то такое, что нужно вывалить мне под нос как лошадиное дерьмо — сразу все разом.

— Впускать? — осторожно спрашивает начальник охраны. — Или сказать, что вас нет дома?

Я почти соглашаюсь дать отмашку на второй вариант. Встречаться со свекровью сейчас — точно не лучшее время. Я отпустила няню Даши до конца всех праздников, и «тёплую встречу» с семьей предстоит пережить в присутствии дочери.

А с другой стороны — свекровь все равно придет. Не сегодня, так завтра — раз уж у нее появилась причина для личного визита, в покое она меня не оставит. И лучше пережить ее сейчас, чем под бой курантов.

— Пусть пропустят.

— Я буду рядом, Мария Александровна, — как бы между делом говорит охранник.

Он работал здесь задолго до моего появления, наверняка знает о том, какой бывает мать Гарика, когда взбеленится.

Свекровь появляется в гостиной как ураган — идет резко, как будто хочет оставить отпечатки каблуков на мраморных плитах пола. Осматривает комнату, задерживает взгляд на том месте, где раньше висела красивая экспозиция семейных фотографий Лисиных. Теперь ее заменила большая картина старого Парижа — мы с Гариком потратили кучу времени и подписали кучу документов, чтобы вывезти ее с собой.

А ту экспозицию мой муж все равно никогда не любил, так что я избавилась от нее без сожаления.

— Я так и знала, что ты решишь избавиться от нее, — явно провоцирует свекровь.

— Мы с Дашей украшаем елку, — спокойно отвечаю я, и снова аккуратно отбираю у дочери Снегурочку, давая взамен пирамидку. — Так что буду благодарна, если вы не задержитесь. Меня абсолютно не интересует ваше мнение насчет моего видения экстерьера дома.

— Не твоего дома, — тут же заявляет Лисина.

— И это ваше мнение меня тоже не интересует.

Она выжидает. Минуту или даже больше просто бродит по гостиной, очень плохо делая вид, что не смотрит на Дашу. Дочь уже увлечена нанизыванием разноцветных «блинов» на шпиль пирамидки, и ее окружающие абсолютно не интересуют. В особенности бабушка, о которой она совсем ничего не знает.

Наконец, видимо выждав одной ей понятный подходящий момент, протягивает мне папку с файлами.

— Что это? — даже не тружусь открыть и посмотреть.

— Сумма, которая необходима для моей комфортной жизни.

Стараясь не упускать из виду свою маленькую юлу, все-таки бегло просматриваю документы: новый автомобиль, расширение дома, поездка с проживанием в пятизвездочном отеле. Сумма напротив ежемесячного обновления гардероба заставляет удивленно поднять брови, потому что она по меньшей мере вдвое больше того, что трачу я. И пункт «Разное» — миллион рублей.

— Рада, что вы наслаждаетесь жизнью. — Пытаюсь вернуть папку, но Лисина нарочно обходит ее стороной, продолжая нарезать круги по моей гостиной. — Но я не очень понимаю, причем тут я. Насколько я знаю, выплаты на ваш счет идут в срок и в полном объеме.

Свекровь останавливается, упирается в меня злым взглядом.

— Дурой прикидываешься?

Лисенок вскидывает голову, реагируя на резкий голос. Она не привыкла к такому — у нас в доме всегда тихо, я не привыкла повышать тон и, слава богу, для этого нет повода.

Видимо, разговора хотя бы в умеренных кондициях у нас со свекровью не получится.

Я зову охранника, передаю ему Дашу и прошу побыть с ней пару минут. У него двое детей и третий на подходе, должен же он хоть что-то понимать о детском досуге? К счастью, он запросто берет Лисицу на руки и обещает научить ее играть в Покер. Я от всей души с благодарностью ему улыбаюсь — хоть в Дурака подкидного, лишь бы моя дочь была подальше от свекровеподобного монстра.

— Когда Игорю было столько ж лет, сколько ей, у него были белоснежные волосы и очень светлые глаза, — с отвращением провожает их взглядом Лисина.

У Даши темно-русые волосы, но такие же, как у Гарика, светлые глаза.

Я понимаю, куда она клонит, хоть по крайней мере «визуально» у нее нет для этого никакого повода. Не знаю, как это возможно, но моя дочь похожа на Гарика почти как две капли воды. И мне нравится прятаться в иллюзиях о том, что на самом деле какая-то ночь, которую мы с ним могли привести вместе, просто выпала из моей памяти.

Это самообман, который я осознаю, и в который добровольно верю.

Но у моей свекрови на этот счет, конечно, собственное мнение.