Когда я сжимаю пальцами спинку одного из кресел, сглатывает.

Меня в узел скручивает. Хочу, чтоб он меня хотел. Одернуть себя не получается.

Я сажусь, всё же тянусь за листами и взмахиваю несколько раз перед лицом.

Наблюдаю за тем, как Денис садится напротив.

Поправляет часы, приподнимает бровь, забрасывает ногу на ногу. Готовится слушать.

А мне приходится жмуриться и мотать головой, чтобы не уносило в слишком влажные несбыточные мечты.

— Я мультипликатор…

— Я помню, — меня не нужно перебивать, но Денис делает это тут же. В комнате ненадолго повисает тишина. Мы зависаем взглядами друг на друге. Я понятия не имею, что сейчас происходит у него в голове, но чувство осыпающегося песка меня не оставляет.

Первым моргает Денис. Прокашливается.

— Прости, что перебил. Продолжай. Больше не буду.

Мне кажется, он торгуется с собой. Торгуется и раз за разом решает, что интрижка со мной усилий не стоит. Думаю об этом и делаю себе же больно.

— Да, я была бы благодарна… — Слегка колю, он усмехается. Вполне допускаю, что ему может быть очень смешно, что девочка, которая ночью просила поглубже её трахать, теперь выпендривается. Но мы тогда ничего друг о друге не знали. Так что мне простительно. — Около года назад я получила свой первый серьезный заказ. Ко мне обратилась музыкальная группа. Наша. Они написали крутую песню. Искали варианты для оригинального клипа. Наткнулись на мою творческую страничку в Инстаграме. Она не очень раскручена, но сто тысяч подписчиков у меня есть.

Я произношу это не затем, чтобы похвастаться, но Денис кивает, подметив.

— В основном я выкладываю там свои короткие работы. Анимационные ролики. Экспериментирую с техниками, ищу себя, если можно так сказать. В общем, ребята набрели на мою страничку. Им понравился мой стиль. Написали в директ и оказалось, что мы земляки. Мы долго обсуждали концепт, я пыталась понять, что они хотят и могу ли я за это взяться. Слушала песню. Ещё тогда понимала — это хит. Мне хотелось, чтобы наша коллаборация стала выстрелом и для меня, и для них. Мы работали очень долго и скрупулезно. Я согласилась на условный гонорар. Откуда у них деньги? Мы горели идеей и верой друг в друга. Заключили договор, по которому имущественные права на клип и его элементы у них. У меня, естественно, неимущественные. Песня вышла. Взорвала. Разошлась по всем стриминговым площадкам. Клип отлично набрал на Ютубе. Его крутят на музыкальных каналах. Заграницей тоже. Ты может даже сам его видел…

— Я не очень слежу за молодежной музыкой…

Денис просто говорит правду, я же чувствую новый прилив сожаления. Уголки губ сами собой сползают, я киваю.

Да уж, теперь кроме всего прочего он от меня отгораживается ещё и разницей в возрасте. Только сексом заниматься ночью она нам не мешала. И кофе пить утром. И вообще…

Беру себя в руки, смотрю в его задумчивые глаза:

— Значит, не видел. Но можешь посмотреть, мне было бы приятно…

— Скажешь название…

— Хорошо. В общем, песня взлетела, клип разошелся. Мы были дико рады. Ребятам поступило предложение о сотрудничестве с крупнейшим лейблом. Обо мне тоже узнали. Я начала получать предложения. Сейчас я готовлю рекламный ролик для мирового бренда спортивной одежды. Представляешь? Это невероятно, в это сложно поверить. И я очень боюсь это потерять. А теперь такой риск есть.

— В чем проблема? — Денис уточняет, склонив голову. Я же невесело улыбаюсь. Подозреваю, проблема в том, что меня сглазили. Потому что никак иначе не могу объяснить, почему каждый раз, когда я позволяю себе радоваться взлетам и мечтать о перспективах, получаю ужасно унизительный подзатыльник.

— На ребят подали в суд. Иск о нарушении авторских прав. Один испанский аниматор попросил снять клип с ротации и компенсировать ему урон. Он утверждает, что один из моих рисованных персонажей украден у него.

— Но ты его не крала? — мне понятно, что любой юрист задал бы тот же вопрос. И что это просто формальность, а не выражение сомнения в моей чистоплотности, но из уст Дениса это слышать всё равно обидно до слез. Отворачиваюсь ненадолго.

Качели вниз.

Главное сейчас не заплакать.

Беру себя в руки, прокашливаясь.

— Нет. Я уверена, что не крала. Я работала над ним долго. Много раз меняла, крутила. Я вдохновлялась иллюстрациями из старой книги, которую мы в детстве читали с мамой, но не копировала. Просто хотела сделать что-то свое такое же волшебное. А он просит у суда остановить ротацию на период судебного разбирательства. Для ребят это ужасный скандал. Для меня — не меньший. Я не претендую на гениальность, но и смешивать с говном свое имя не дам, если знаю, что права…